В голове пронеслось: «Еще и расстреляют, пожалуй, или только арестуют?»
А пьяная толпа солдат, мещан и непонятно каких людей орала и вопила новую частушку:
— Бога нет, царя не надо!
И без них мы проживем,
Золотые зубы выбьем,
На монеты перельем!
Два молодых человека артистической внешности осторожно несли огромную оранжевую вывеску, на которой алыми буквами было написано:
…
ДВОРЕЦ СВОБОДЫ
Губернатор из-за своих сундуков краем глаза увидел, как солдаты, без шапок, в расстегнутых не по уставу шинельках, пьют что-то из огромной бутыли по очереди.
Один из солдат восхищенно сказал:
— Ну, братцы, хороша брага! Настоящий стенолаз!"
"Пьяные мужики влезли на крышу железнодорожного управления и, поддевая ломами, свергли вниз двуглавого орла. Он упал с грохотом, едва не прибив толстую даму с собачкой. Отчаянный маленький кобелек с рычанием ринулся на обломки царского герба, попытался откусить кусок, но понял, что жесть ему не по зубам, задрал ногу и демонстративно пустил желтую струйку на обидчика.
В этот момент к груде вещей, возле которой в кресле сидел взъерошенный Дудинский, подошел крепкий мужик, по виду приказчик, и тихонько сказал:
— Иннокентий Иванович предлагают вам помощь. Вещи ваши мы отвезем сейчас на наш склад, а вы пожалуйте к хозяину, он рад пригласить вас.
— Так вы от Гадалова?
— Именно! Иннокентий Иванович видел все это форменное безобразие и считает за честь помочь вам. Пожалуйте в пролеточку, за вещи не беспокойтесь, я тут — с лошадьми и работниками…
Сердце у Дудинского с бешеных скачков перешло на более умеренный ритм.
Он сел в пролетку и прикрыл лицо картузом. Кучер знал дело и свернул ближе к роще, где народу в этот момент было меньше. Ехать было недалеко, сразу за собором открывался вид на дом Гадалова.
Иннокентий Иванович встретил Михаила Николаевича на крыльце.
— Проходите, проходите, Михаил Николаевич! О, времена! О, нравы!
— К чему это все может привести, как вы думаете? — спросил Дудинский.
Ему хотелось узнать, что будет с царскими чиновниками. — Вас-то, деловых людей, кажется, не трогают?
— Из домов пока не гонят, — улыбнулся Иннокентий Иванович. — Дома-то у нас, слава богу, не казенные, как у чиновников, а свои собственные. Об остальном — думаем. Как раз ко мне коллеги пришли посоветоваться как быть. Чай пьем да кумекаем. Почаевничайте с нами, у нас от вас секретов нет.
— С удовольствием попью чайку! — согласился Дудинский.
