Официально генерал-лейтенант прибыл лечиться после ранения и готовить резервистов. На самом деле он тяжело переживал свои военные неудачи.
Томичи не узнавали своего прежде блистательного генерал-лейтенанта. Из дома Николай Михайлович теперь выходил редко, благородное соб-рание не посещал. А когда жена и дети расспрашивали его о военных действиях, он отмалчивался. Лишь иногда с горечью говорил о том, что кругом — измена, армия предана. Но имена предателей не называл.
Он прожил после возвращения из армии всего несколько месяцев и умер в конце ноября.
Отпевали его в церкви Александра Невского при следственном замке, ибо это было рядом с домом. На грудь генералу положили обнаженный меч, гроб был поставлен на лафет пушки. На воинском кладбище прогремел прощальный салют. Стиснув зубы и кулаки, стояли сыновья — Михаил Николаевич, Логин Николаевич. Анатолий был на фронте, а Виктор — после учительства в Бийске был избран в государственную думу и находился в Петрограде.
И всего через месяц после этих похорон телеграф принес из столицы удивительную весть: в Петербурге на Мойке во дворце князя Юсупова убит был любимец царицы Григорий Ефимович Новых, бывший Распутин! Но еще более скандальная весть пришла после похорон старца.
На ту самую могилу, к которой в эти дни приходила молиться царская семья, офицеры вылили из ассенизационной бочки чуть не тонну самого свежего дерьма!"
"Газеты эту новость напечатать не могли, мешала цензура. Зато все томские заборы заклеены соответствующими листовками.
И все чаще в листовках звучали призывы: «Долой самодержавие!»
В заметенном сугробами Томске возле университетской ограды ректор сего заведения Михаил Федорович Попов повстречал следователя Петра Ивановича Кузичкина.
— Здравствуйте Петр Иванович! — приветствовал следователя руководитель кафедры судебной медицины. — Как дела? Не пора ли вам обратно в Москву? Что толку теперь искать бедного вампира, если кровь россиян течет ведрами, а судя по всему, вскоре хлынет рекой? Хотя, вообще-то, я надеялся, что вы все же разгадаете эту загадку.
Вы же московский специалист. Но похоже, что не всякая тайна по зубам и московским пинкертонам!
— А вот и ошибаетесь! — рассмеялся Кузичкин, потирая замерзшие уши. — Я ведь именно к вам и направлялся. Берите с собой Бурденко и прочих ваших студентов, им, думаю, тоже будет интересно посмотреть на этого уникума. Медикам ведь полезно посмотреть на вампира, тем более что, может, больше никогда в жизни и случая не будет.
