Кэптен хитер, он смотрит на меня, когда проходит мимо, или, по крайней мере, мне нравится думать, что он это делает, что его глаза просматривают двор, когда он проходит мимо дома для девочек. Рэйвен, однако, может встретиться со мной, даже если для этого ей придется самой вытаскивать мою задницу за дверь.
Мои щеки наполняются воздухом, когда я пытаюсь успокоить свои нервы.
За пределами всего этого – знания того, кто напал на Рэйвен, присутствия там, когда это произошло, правды о Донли, Равине, и во всем этом – мой настоящий страх.
Это та часть, которой я боялась больше всего, – их возвращения домой.
Дело не в том, что я не хочу ее видеть, потому что я хочу, но это сложно.
– Снова стоишь в тени?
Я вскрикиваю, разворачиваясь и прижимая руку к груди.
Мои глаза широко распахиваются, сердцебиение учащается.
Кэптен.
Он подходит ближе.
Мой позвоночник выпрямляется, и я отступаю назад, пока мои лопатки не упираются в дерево, не оставляя места для побега, если бы я решилась.
– Привет, – удается мне выдавить из себя.
Уголок его рта медленно приподнимается, его пристальный взгляд блуждает по моему лицу.
– Привет. Почему ты прячешься в моем саду?
– Мейбл сказала мне, что Рэйвен дома.
Он кивает, его лицо кривится от смеха.
– Она сказала тебе это сегодня или неделю назад?
– Что? – хриплю я.
Кэптен усмехается, а затем его грудь прижимается к моей.
– Ты думала, я не заметил? – шепчет он. – Что я позволю тебе продолжать прятаться в тени, наблюдая?
Вот дерьмо.
Взгляд Кэптена падает на мои губы, когда мой язык выскальзывает наружу, чтобы смочить их.
– Ты избегала меня, – говорит он. – Почему?
– Я этого не делала.
– Ты лжешь.
– Кэптен, – шепчу я, когда он придвигается ближе, его губы теперь всего в одном дыхании от моих.
– Ты лежала в моей постели, прикасалась ко мне во сне, – хрипит он, голубизна его глаз темнеет. – Говорила во сне. – На его лице появляется ухмылка. – Это моя любимая часть.
Я сглатываю, мое тело расслабляется, прислоняясь к дереву.
Я должна оттолкнуть его.
– Та, где ты просишь поцеловать тебя, спящая красавица.
Я хмурюсь, мои руки взлетают к его груди, чтобы толкнуть, но тело предает меня, мои руки не слушаются и вместо этого притягивают его еще ближе.
Его губы касаются моих, и я забываю, как это неправильно, мой рот открывается, когда его язык требует этого. Его зубы слегка царапают мою нижнюю губу, он тихо стонет и отстраняется, даже не начав.
Кэптен усмехается, наклоняя голову набок.
– Я так и знал, – хрипит он.
