Через несколько часов после этого туда доставили новый модульный дом, затем она отписала его и участок женщине, с которой познакомила меня в здании благотворительной организации неподалеку. Женщина пообещала, что он послужит нуждающимся семьям, и Рэйвен решила поверить ей, и потом она заполнила их полки продуктами, пообещав продолжать в том же духе.
Мы сидели сложа руки и наблюдали, как на стоянке трейлеров устанавливают фонарные столбы, затем тестируют качели на новой игровой площадке, которые она сама выбирала, дети из парка были рядом с нами.
После этого я повез ее на пляж.
Она никогда там не была, и, хотя погода становилась теплее, уговорить ее уехать было трудно, ведь мы скучали по Ройсу и Кэптену, и я знал, что она хочет увидеть Викторию.
Расставаться подобным образом нам не нравилось, и единственная причина, по которой мы все на это согласились, – мы обещали сохранить нашу традицию. Так что каждый вечер, когда мы вчетвером были не вместе, где бы мы ни находились, мы на час выходили в Скайп и ужинали.
Это помогло, но мы уже были готовы вернуться домой, а они устали от нашего отсутствия.
И наш город был готов принять нас.
Донли ушел, им занимаются члены совета – на следующем собрании я обязательно выясню, что это значит, – и все ждут, когда новые городские лидеры займут свои места.
Рэйвен садится на сиденье в машине, отпуская мою руку, когда мы подъезжаем к остановке перед домом Брейшо.
Ее лицо разглаживается, глаза широко распахиваются.
– Цветы, – шепчет она.
– Что?
– Он тебе сказал? – спрашивает она.
Мои брови сходятся.
– Сказал мне что, детка?
Она толкает свою дверцу, выходит из внедорожника. Медленно идет к ним, а затем ее взгляд скользит вправо, и я тоже туда смотрю.
Игровая площадка.
– Она здесь, – шепчет Рэйвен и прерывисто смеется.
Ее глаза устремляются на меня, но затем внезапно дверь распахивается, и Ройс выбегает наружу.
Без предупреждения он поднимает ее, кружит, и она смеется, обнимая его в ответ.
– Йоу, – кричу я с улыбкой, направляясь к ним. – Полегче с грузом.
Ройс отступает назад, его глаза расширяются, когда они падают на ее крошечный живот. Это едва ли можно назвать животом, скорее небольшой бугорок, но в ее фигуре это заметная перемена.
– Тебя не было всего месяц.
– Очевидно, ты начинаешь расти на четвертый месяц. Мэддоку придется нести меня в летнюю школу на руках к концу года.
Ройс смеется, затем подходит ко мне, чтобы обнять.
