– Я доверяю тебе, Кэптен.
– Я знаю, что ты доверяешь, но от этого не лучше. – Он качает головой, тяжело вздыхая. – Я люблю тебя, ты знаешь это, точно так же, как ты знаешь, что люблю не так, как Мэддок, – подчеркивает он. – Но я просил тебя и Мэддока доверять мне по какой-то причине. – Он смотрит мне в глаза. – Я должен был убедиться, что моя семья в безопасности, и ты в том числе, поэтому я сделал для этого все, что мог, но в глубине души для меня это всегда было временно, пока мы не найдем другой способ.
Я переставляю ноги в грязи, чтобы повернуть качели к нему.
– Временно.
– Я знал, что все смотрят. Школа Брейшо поверила бы достаточно легко, но я знал, что Донли не поверит. Он должен был видеть борьбу, медленный рост и решения с нашей стороны.
– Зарождение настоящих отношений.
– Вот именно.
Я смотрю на него."
"– Я позволил тебе поверить, что все было реально.
– Ты не обязан этого делать. – Я качаю головой, и его челюсть сжимается. – Я была с тобой каждый день, Кэптен. Я видела, как ты боролся с тем, что мы делали, и чувствовал то же самое.
Тебе не нужно искать оправданий. Ты говоришь, что солгал, что ж, мы оба солгали. Мы лгали самим себе, черт возьми, притворяясь, что могли бы когда-нибудь стать другими. Никто из нас не хотел, чтобы это случилось. Я имею в виду, что это даже не тот вопрос, который стоит задавать, но так оно и было. В любом случае, Кэп. Мы оба знали правду. Я никогда не смогу быть твоей по-настоящему, точно так же как ты никогда не сможешь быть моим.
Его глаза сужаются, мышцы на шее напрягаются.
– Что случилось, почему ты не вытягиваешь из меня правду? – Он слегка меня поддразнивает.
Я растягиваю губы в нерешительной усмешке, а потом мрачнею.
– Но я бы никогда не причинила тебе вреда, капитан. Ты ведь знаешь это?
– Не нарочно, ты бы этого не сделала, – отвечает он, и у меня внутри все сжимается. – Не то чтобы у тебя была сила в том смысле, который ты имеешь в виду, но я бы никогда не рискнул, если бы это вообще было возможно. Вот для чего было мое на всякий случай.
– На всякий случай? – Я хмурюсь.
Он кивает, мягкость в его голосе выдает его.
– Да, Рэйвен. Мое на всякий случай.
Я крепче сжимаю металлические цепи, отводя глаза.
– Ты слышал нас.
– Почему ты мне не сказала? – шепчет он.
Я качаю головой, глядя в небо.
– Как, черт возьми, я должна была признаться, что никогда не хотела быть матерью, когда я только что пообещала быть твоей женой. – Наши глаза встречаются, и его лицо мгновенно смягчается.
