Мне нужно увидеть его лицо. Мужчина в темном ушел, как память, просочившаяся сквозь пальцы. Я шла следом, потому что это важно. Это воспоминание. С мамой был еще кто-то. И он не хотел, чтобы его видели. Я брела вперед…
– Поппи!
Этот голос подействовал как толчок, как удар молнии, и я открыла глаза.
Непроглядный туман передо мной клубился и бурлил. В нем поблескивали золотые точки.
– Дальше не ходи, – прошептал голос, такой чистый, что слышать его почти невыносимо. – Здесь ты не найдешь того, что ищешь.
– Стой.
Туман отвердел, обрел форму и стал более золотым.
Он был высоким. Она была высокой. Непокорные волны волос цвета огня. Лицо расплывалось, но глаза цвета расплавленного серебра прожигали туман. Прожигали меня.
– Ступай домой. Возьми то, что тебе принадлежит, и там ты найдешь то, что ищешь. Правду. Ступай домой.
– Кто ты? – прошептала я. – Кто?..
Внезапно меня схватили за талию и притянули назад, к теплой, твердой груди. Меня окутал аромат темных специй и хвои, мои ноги подкосились, и мы тяжело рухнули на землю.
– Поппи! Боги, Поппи!
Кастил усадил меня к себе на колени, прижал ладонь к моей щеке. Он тяжело дышал, его грудь быстро поднималась и опадала, перед чересчур бледным лицом плыли щупальца тумана.
– Боги милостивые, Поппи, что ты делала?
– Я…
Я огляделась, но не увидела ничего, кроме густого тумана и Киерана. Он стоял над нами, уставившись куда-то за мою спину, и дышал так же тяжело, как и Кастил. Я растерялась.
– Что ты делала? – настойчиво повторил Кастил и встряхнул меня.
Его хриплое дыхание вырывалось облачками в холодный воздух. – Ты могла… ты бы разбилась, Поппи. Разбилась так, что я не смог бы ничего исправить."
"Я не поняла, о чем он говорит, но вид у него… испуганный. Я никогда его таким не видела. Широко раскрытые глаза светились, даже в тумане; все черты лица обострились.
Он прижал к моим щекам руки в перчатках.
– Я же сказал, чтобы ты никуда не ходила.
– Я… я не ходила. Я спала… Мне снился сон. Я услышала… услышала, как мой отец позвал меня по имени…
– Проклятый туман, – прорычал Киеран, сердито отмахиваясь от белых клубов.
– Нет. Нет. Это был сон, но он был настоящий. То есть это были кусочки той ночи, когда на нас напали Жаждущие. В конце там был… кто-то еще. – Я начала вырываться, но Кастил не пустил. – Кто-то в плаще, и он был там той ночью. – Я извивалась в руках Кастила. – Я пыталась разглядеть его лицо. Если бы я увидела его лицо, я бы его узнала. Я просто…
Я разомкнула губы, уставившись в никуда.
