– Если ты сам можешь определить, когда я лгу…"
"Я прерывисто выдохнула: он придвинулся ближе, и с каждым дыханием его грудь стала касаться моей. По мне пробежал трепет, и мои соски почти болезненно напряглись.
– Что ты говорила, принцесса?
Я почувствовала его улыбку на своей щеке.
Что я говорила? Мне не сразу удалось вспомнить.
– Если ты знаешь, когда я лгу, то какое имеет значение, говорю ли я правду?
– Потому что правда важна.
Он убрал руку с талии и провел ею вниз по моему бедру, возмутив воду.
По моим ногам и между ними заплясали пузырьки. Внизу живота сгустилась коварная истома.
– Правда – это разрешение.
Мой затуманенный взгляд скользнул по голубым и лиловым соцветиям.
– Да?
– Да. – Он помолчал. – Ты знала, что пока укус полностью не заживет, он становится эрогенной зоной? Точкой удовольствия? Я могу вызвать у тебя такие же ощущения, как при укусе. Почти. Ты знала?
Кажется, да.
– Нет.
– Хочешь, покажу? – предложил он. – Я знаю, ты любопытная.
– Да, – прошептала я.
Голова кружилась от предвкушения.
– Помни, принцесса, это лишь для того, чтобы утолить твое любопытство. Ничего более.
– Знаю.
Я сжала пальцы на камне.
– Хорошо.
Его рот сомкнулся на месте укуса, он втянул кожу между зубами. Моя спина выгнулась, затвердевшие соски прижались к его груди. Я задрожала, превратившись в жидкость.
Боги богов…
– Я когда-нибудь говорил, какой у тебя вкус? – Кастил провел языком по чувствительной отметине.
– Медовой дыни? – прошептала я с закрытыми глазами.
Повернула голову к нему, ища ощущений, которых я не должна хотеть.
– Испорченная девчонка. Я говорю не об этом. – Он куснул мой подбородок, и я опять задохнулась. – Я имел в виду твою кровь, а ты увела мои мысли в непристойное направление.
– Твои мысли всегда пребывают в непристойных местах.
Кастил рассмеялся.
– Не могу отрицать. – Его нос потерся о мой, а рот приблизился к моим губам. – Твоя кровь на вкус – старая, мощная, но легкая. Как лунный свет.
Теперь я знаю почему.
– Как может что-то иметь вкус лунного света?
– Наверное, дело в магии. А теперь перестань меня отвлекать, когда я пытаюсь рассказать о своей идее.
– Я не… – Его руки скользнули по моим бедрам, и я прикусила губу. – Я не отвлекаю.
– Ну да. Ты всегда отвлекаешь, и еще как, – мягко упрекнул он.
– Похоже, это твоя проблема.
– Это наша проблема.
– Так на что ты просил разрешения? – Я задыхалась, словно стояла на краю пропасти.
