Я усмехнулась и отпила глоток. Сочетание сладкого с кислым оказалось превосходным.
– В самом деле неплохо.
– У Киерана прекрасно получаются напитки. – Кастил оперся на руку и слегка прислонился к моему плечу. – Особенно с алкоголем.
– Должны же быть у человека таланты?
– Даже если эти таланты обычно бесполезны, – заметила Вонетта.
Она принесла серебряный поднос с сандвичами, нарезанными на узкие полоски, и большой чашкой клубники, присыпанной сахаром.
– Я это припомню, когда ты в следующий раз попросишь сделать напиток, – пообещал Киеран.
Вонетта фыркнула, сев рядом со мной.
– Надеюсь, ты любишь огуречные сандвичи. Кроме мясной нарезки это единственные сандвичи, которые мне удаются.
– Это мои любимые. Спасибо. – Я взяла один. – И единственные сандвичи, которые я когда-либо делала.
– Правда? – спросил Кастил, протягивая мне салфетку с подноса.
Я кивнула.
– Мне не разрешали учиться готовить, но иногда я прокрадывалась в кухню и наблюдала, – призналась я.
Как только эти слова сорвались с моих губ, я почувствовала себя глупо.
Понятия не имею, сколько Вонетта знает о моем прошлом. Вверх по шее поднялся жар. Я немного откинулась назад, отодвигаясь от Кастила, и быстро сунула в рот половинку сандвича.
– Киеран немного рассказывал о тебе, – мягко произнесла Вонетта. – Но, если честно, это поразительно, что тебе не разрешали учиться готовить.
Я бросила на нее смущенный взгляд, а Кастил потянулся за сандвичем и сократил разделявшее нас небольшое расстояние, прижавшись своей рукой к моей, да там и остался.
– Я про отсутствие выбора. Это звучит ужасно. Это ужасно. – Она отпила лимонад. – Но если бы мне не давали учиться, у меня было бы оправдание тому, что я не умею готовить. Наша бедная мама много месяцев пыталась научить меня печь хлеб. А я предпочитала натачивать мечи, нежели месить тесто. Хотя мама превосходно умеет и то, и другое.
– Как и я, – ухмыльнулся Киеран, и его сестра закатила глаза.
– Похоже, у тебя с Поппи есть что-то общее, – сказал Кастил, вытирая пальцы салфеткой.
То, что он называет меня этим именем перед сестрой Киерана, кое-что говорило об их отношениях. – И она тоже обожает острые и смертоносные предметы.
– Да, – подтвердила я.
Вонетта расплылась в улыбке.
– Еще одна причина, почему ты мне нравишься. А что ты думаешь о Пределе Спессы?
Я доела сандвич и поведала, что не знала о судьбе, постигшей Помпей и Предел Спессы.
– Я изумлена тем, что здесь сделано. Эти дома гораздо лучше, чем у большинства жителей Солиса.
