Кастил – серьезный? Это заявление удивило меня еще сильнее, чем то, что в заливе спит бог.
Должно быть, эти мысли были написаны у меня на лице, потому что Киеран сказал:
– Это с тобой Кастил такой – поддразнивает и старается вывести из себя. С другими он так себя не ведет.
– Значит, это притворство?
– Нет. Просто Кастил… более живой, когда он с тобой, – ответил вольвен, и я…
Я решила, что моя отвисшая челюсть, наверное, упала на песок.
– А Малик был жизнью и душой семьи, – продолжал Киеран.
Я подобрала челюсть с земли. – И я неслучайно говорю в прошедшем времени. Даже если он жив, он не будет прежним.
– Но у него будет семья, чтобы помочь вспомнить. Родители, Кастил, ты, – рассудила я. – Вы все можете помочь ему вспомнить, каким он когда-то был.
Киеран не ответил.
Я глянула на него.
– Ты… ты думаешь, он еще жив?
– Должен быть жив. Даже если вампиры все эти годы держали в плену атлантианцев, как чистокровных, так и полукровок, они бы не позволили принцу умереть.
Благодаря ему им требуется меньше крови, чтобы совершить Вознесение. Он слишком ценный трофей, чтобы позволить ему зачахнуть и умереть.
В смятении я на миг закрыла глаза. В основном я надеюсь, что он еще жив, но в глубине души почти желаю, чтобы он умер. Каким бы ни было его существование под контролем Вознесшихся, жизнью это не назовешь.
Всплыл вопрос, ответ на который я уже знаю. Как можно позволить Вознесшимся продолжать?
Нельзя.
Если нас с Кастилом ждет успех, то неужели я удовольствуюсь тем, что проведу остаток жизни, надежно спрятавшись, пока Вознесшиеся продолжат править Солисом и держать народ в страхе? Красть детей и кто знает сколько других людей? Останутся ли король с королевой живы или умрут, но разве прочие Вознесшиеся не смогут просто найти другого атлантианца и продолжить создавать себе подобных, даже если это будет запрещено?
Кастил хотел избежать войны, но как кто-то может быть уверен, что Вознесшиеся изменятся? Что они не вернутся к прежнему порядку вещей?
Киеран переступил с ноги на ногу и оглянулся через плечо.
Прищурившись, я проследила за его взглядом. Мимо выщербленных стен шли несколько человек, одетые в яркие золотистые и голубые одежды.
– Кто они?
– Точно не знаю. – Киеран развернулся. – Большинство местных жителей – старые Последователи, атлантианцы и вольвены.
Я проследила за ними, пока они не скрылись из виду, и мой желудок завязался узлом.
