– Тогда понятно, – пробормотал он, закрыв глаза. – Я не люблю говорить о нем, о таких вещах. Если он узнает, то, наверное, оторвет мне голову. И я это заслужу, потому что есть то, о чем может говорить только он. Но, думаю, тебе нужно это знать, хотя не уверен, что ты заслуживаешь быть посвященной в эти сведения.
– Это почему же я не заслуживаю? – поинтересовалась я.
Не я же шныряю повсюду и похищаю людей, а Кастил.
– Потому что в такое можно посвящать только близких друзей и любимых, а ты ни к тем, ни к другим не относишься.
Что ж, тут он прав. Но я уже знала, что Киеран не считает правильным такое рассказать.
– Кастил говорил, что у него бывают кошмары, а иногда он просыпается и не понимает, где находится.
В любой другой ситуации я бы рассмеялась над удивлением Киерана. Но ничего забавного здесь нет.
– Он тебе сказал?
Я кивнула.
– У меня бывают кошмары – страшные. После одного из таких я его разбудила, и он рассказал мне о своих.
Лицо Киерана разгладилось.
– Да. У него бывают кошмары.
Ты знаешь, что с ним делали, когда он был в плену у Вознесшихся. Иногда ему кажется, что он там, в клетке, что его используют, и ни его кровь, ни тело ему не принадлежат.
На этот раз я села еще раньше, чем это поняла, хотя и не удивилась. Меня придавила тяжесть слов Киерана, а напоминание о мучениях, с которыми столкнулся Кастил, пригвоздили меня к месту."
"– Когда ему снятся кошмары, о которых он тебе говорил, и он начинает просыпаться, иногда его разум застревает в этом безумии, – продолжал Киеран.
Кому, как не мне знать, что кошмары могут казаться очень реальными.
– А если он не покормился, то может немного превращаться в зверя, которого они из него сделали, – закончил он.
В монстра.
Содрогнувшись, я закрыла глаза. Что он сказал, когда я назвала его монстром? «Я не родился таким. Меня таким сделали». Но он таким не был. Мое сердце заныло так же сильно, как и в тот раз, когда Кастил рассказывал о своем плене.
Я прерывисто вздохнула и открыла глаза. Киеран смотрел на меня.
– Он не зверь, – сказала я. Не знаю почему, но мне нужно было это сказать. – Не знаю, кто он, но не зверь. Он не монстр.
– Нет, не монстр. – Он склонил голову набок. – Думаю, он бы тебе понравился, если бы ты встретила его до всего этого.
Мне так сильно этого захотелось, что я встревожилась. Я положила руку себе на талию.
Губы Киерана искривила невеселая улыбка, словно он знает, о чем я думаю.
– Могу представить, что многое было бы иным.
