Я была вынуждена сказать то, о чем мне очень не хотелось говорить. Но я подумала: уж пусть лучше он узнает об этом от меня.
— Видишь ли, Ласэн, она… помолвлена.
Он напрягся всем телом.
— С кем? — холодно спросил Ласэн, и в его голосе зазвучала угроза.
Казалось, он уже готов расправиться с женихом Элайны.
— Ее жених — сын местного правителя. Его отец ненавидит фэйри и фэйцев. Словом, всех, кто обитает по другую сторону стены. Этот человек потратил годы жизни и немало денег, охотясь на фэйри.
То есть на нас. Вроде бы Элайна и этот парень любят друг друга, но мне говорили, что его отец больше заинтересован в ее богатом приданом. Эти деньги он тоже рассчитывает употребить на борьбу с нашей породой.
— Элайна действительно любит сына этого правителя?
— Говорит, что любит. Но Несту… Несту и раньше настораживал и отец жениха, и это всепоглощающее, безумное стремление убивать фэйри. Однако Элайне она о своих опасениях не говорила. Я тоже молчала.
— Моя истинная пара помолвлена с человеческим мужчиной, — задумчиво произнес Ласэн, разговаривая больше с собой, чем со мной.
— Прости, если я…
— Я хочу увидеть Элайну. Хотя бы один раз. Мне необходимо узнать.
— Что узнать?
Ласэн плотнее закутал нас в мокрый плащ.
— Стоит ли мне за нее бороться.
Я не могла заставить себя сказать: «Да, стоит». Я не имела права обнадеживать Ласэна. Вдруг Элайна продолжала мечтать о свадьбе, хотя ее бессмертие уже внесло существенные поправки, сделав эту свадьбу практически невозможной?
Ласэн уперся затылком в холодную стену пещеры.
— Тогда я спрошу у твоего Ризанда, как он все это перенес? Как он жил, зная, что ты помолвлена с другим? Что ты делишь постель с другим мужчиной?
Я запихнула озябшие пальцы под мышки и вперилась в темноту.
Колено Ласэна уперлось в мое.
— А когда ты узнала, что Ризанд — твоя истинная пара? Когда погасла твоя любовь к Тамлину и ты начала любить Риза?
Я предпочла молчать.
— Это началось раньше твоего… исчезновения?
Я повернулась к Ласэну.
Его силуэт почти сливался с темнотой пещеры.
— Мы с Ризандом стали близки только через несколько месяцев после этого.
— Но в Подгорье вы целовались.
— В Подгорье, если не забыл, мы все выполняли прихоти Амаранты. И поцелуи, и танцы были частью спектакля, где ни меня, ни его не спрашивали, хотим ли этого мы сами.
— И тем не менее Ризанд — твой любимый мужчина, к которому ты торопишься вернуться.
