— Однако ты не ответил на мой вопрос. Чем же ты насолил крестьянам, что они готовы выдать тебя отцу и на этом заработать?
Ласэн смотрел на желтое ячменное поле, уходившее вдаль.
— После Джесминды они это сделают не задумываясь.
Джесминда. Я впервые слышала имя его возлюбленной.
Обходного пути не было, и мы двинулись через поле, стараясь не мять колосья.
— Джесминда была крестьянской девушкой. — Я едва слышала слова Ласэна, заглушаемые шелестом колосьев. — И когда я не смог ее защитить… Они расценили это как предательство их доверия.
Спасаясь от братьев, я пытался найти убежище в крестьянских домах. Меня прогоняли. Они не могли простить мне Джесминду.
Вокруг нас шумели золотистые и белые колосья. Над головой синело безоблачное небо.
— Я их не виню и не злюсь на них, — сказал Ласэн.
Под вечер мы достигли края этой плодородной долины. Когда Ласэн предложил остановиться на ночлег здесь, я отказалась. Пока светло, нужно идти дальше, вверх по крутым холмам, которые незаметно сменялись горами. На вершинах лежал снег.
Эта горная цепь служила границей с Двором зимы. Если мы за один-два дня пересечем границу, возможно, на той стороне мои силы вернутся. Я смогу пообщаться с Ризом или совершить несколько перебросов и оказаться дома.
Подъем был не из легких.
Мы карабкались на зубчатые скалы с острыми краями, кое-где покрытыми мхом. Жесткие белые травы, словно змеи, шипели на ветру. Ветер трепал наши волосы. С каждым шагом становилось холоднее.
Вечером… Вечером нам придется, забыв об осторожности, развести костер.
Это единственная возможность дожить до утра.
Мы одолели очередной подъем. Ласэн тяжело дышал. У нас за спиной желтела равнина. Далекий лес отсюда казался рекой, полной оттенков зеленого. Но мне уже не хотелось любоваться здешними красотами. Я думала о переходе через горы. Ведь должен же быть там какой-нибудь незаметный перевал.
— А ты, смотрю, совсем не задыхаешься, — сказал Ласэн, усаживаясь на плоской вершине валуна.
— Я упражнялась, — коротко ответила я, поправляя растрепавшуюся косу.
— Это я понял, когда ты ловко ускользала от атак Дагдана.
— Просто я сделала то, чего он от меня не ожидал.
— Нет, — тихо возразил Ласэн. — Я говорю не только о поединке."
"Я подтянулась и поднялась на соседний валун.
— Ты меня оберегала. И от близнецов, и от Ианты. Спасибо.
У меня засвербело внутри. Хорошо, что вокруг по-прежнему дул ветер. Если мои глаза и слезились, то всего лишь от ветра.
Я уснула. Впервые за столько ночей.
