Потом ко мне явился Тамлин: тяжело дышащий, перепачканный кровью нагов. Он сообщил, что атака отбита и мне больше нечего бояться. У одного из убитых нагов нашли ключи от ворот усадьбы. Допрос караульного, потерявшего ключи, отложен до утра. Тамлин пытался все это обставить как незначительное происшествие. Дескать, наги, зловредное племя, распоясались за время правления Амаранты и решили показать свою силу. Тамлин выразил уверенность, что больше таких потуг не будет и наги забудут сюда дорогу.
Словом, Ианта спасла нас от большой беды.
Наутро все мы собрались перед казармой. Лицо Ласэна было бледным и осунувшимся. Круги под глазами. Он провел бессонную ночь, охраняя подступы к особняку.
Рядом со мной стояли близнецы и Юриан. Лица всех троих были хмурыми и непроницаемыми. Тамлин расхаживал перед караульным, привязанным между двух столбов.
— Тебе было доверено охранять покой дома и его обитателей, — говорил Тамлин дрожащему караульному, раздетому до пояса. — Мало того что тебя вчера нашли спящим на посту.
Ключи, пропавшие несколькими днями ранее, были выданы тебе. Или ты осмелишься это отрицать? — угрожающе спросил верховный правитель.
— Я… я никогда не спал на посту, — запинаясь, бормотал караульный. — Такого ни разу не было… вплоть до минувшей ночи. Да и тогда я задремал всего на пару минут.
Тугие веревки больно впивались в его тело.
Случившееся не могло остаться безнаказанным. Особенно в присутствии посланцев Сонного королевства, замечавших любой признак слабости при дворе Тамлина.
Тамлин протянул руку.
Брон с каменным лицом подал ему плеть.
Караульные, все опытные воины, гвардия Тамлина, переминались с ноги на ногу. Кто-то с откровенной неприязнью смотрел на верховного правителя, кто-то уперся глазами в землю, стараясь не глядеть на унизительное наказание.
Я схватила Ласэна за руку. Жест был скорее инстинктивным, чем предназначенным для зрителей.
Ианта вышла вперед и встала, сложив руки на животе:
— Двадцать ударов. И еще один за то, чтобы Котел даровал прощение.
Караульные с ненавистью смотрели на верховную жрицу.
Тамлин встряхнул плеткой, распуская ее хвосты.
Я сделала свой ход, направив магическую силу в разум провинившегося караульного. Я не могла развязать его веревок, но развязала память и язык.
— Это она, — хрипло произнес караульный, указывая подбородком на Ианту. — Она взяла ключи.
Тамлин заморгал. Теперь все смотрели только на Ианту.
На ее лице не дрогнул ни один мускул. Ианта спокойно выслушала брошенное ей обвинение.
