Кто-то успел ему рассказать — возможно, даже Риз.
Ласэн пожал плечами:
— Сначала сюда. Помочь, чем смогу. А потом… — Он снова взглянул на Элайну. — Кто знает?
Я слегка подтолкнула Элайну, и та выпалила:
— Ты мог бы вернуться в Веларис.
Ласэн все это видел, но изящно поклонился и сказал:
— Почел бы за честь.
Пока мы шли в лагерь, Ласэн рассказывал о своих странствиях на континенте, о поисках Вэссы, которую он нашел, когда она, наш отец и собранная ими армия уже двигалась к Притиании. По пути к ним присоединились Драконий и Мирьяма, спешившие к нам на помощь.
Я подошла к нашему шатру, рассчитывая снять невероятно грязные доспехи. Элайну я решила оставить вдвоем с Ласэном. Пусть найдут место, чтобы умыться и, быть может, поговорить.
Шатер встретил меня гулом голосов, среди которых звучал голос Риза. Едва войдя, я поняла: переодеться мне удастся еще очень нескоро.
На стуле, возле светильников фэйского света, восседал принц Драконий. Рядом на подушках растянулся Риз, так и не успевший смыть кровь.
Возле него сидела красивая женщина с темными волнистыми волосами. Завидев меня, она сразу улыбнулась.
Это была Мирьяма.
Глава 79
Улыбающееся лицо Мирьямы больше напоминало человеческое, чем фэйское. Потом я вспомнила: она же фэйка только наполовину. Фэйское наследие дало ей бессмертие и чуть заостренные уши. Но широкая улыбка и сверкающие карие глаза искрились человечностью. Увидев меня, они с Драконием встали, чтобы поздороваться.
Мирьяма мне сразу понравилась. Ее доспехи имели несколько иной покрой, чем у иллирианцев.
Но чувствовалось: и они сделаны для крылатых воинов и неплохо согревают в небе, где редко бывает жарко. Руки Мирьямы были слегка забрызганы кровью, что не помешало ей протянуть их мне и сказать:
— Здравствуй, верховная правительница.
Ее манера говорить была такой же, как у Дракония: неспешной и звучной.
Я взяла ее руки, на удивление теплые и сухие. Мирьяма крепко сжала мои пальцы.
— Я много слышала о вашем удивительном народе, — сказала я.
— Спасибо за помощь.
Риз, возлежащий на подушках, лениво потягивался, словно отдыхая после сытного обеда.
— Даже не верится, что совсем недавно я трясла твое бездыханное тело, — сказала я, ощущая непонятное раздражение.
— Я рад, дорогая Фейра, что ты вернулась в свое прежнее состояние, — усмехнулся он. — Видеть тебя такой гораздо приятнее, чем плачущей.
Драконий хмыкнул. Вслед за Мирьямой он крепко пожал мои руки:
— Риз не хочет тебя огорчать.
