— Я сейчас вернусь, — пообещал Риз, выйдя из купальной, а потом и из спальни.
Пока он ходил, я успела заснуть. Риз осторожно коснулся моего плеча.
— Вылезай, — сказал он, но вытащил меня сам, вытер и отнес на кровать.
Риз уложил меня на живот. Весь столик был уставлен принесенными им снадобьями. Я почувствовала слабый аромат розмарина и еще чего-то знакомого. Но вспоминать название мне было тяжело. Ладони Риза блестели от какой-то мази. Через мгновение она оказалась на моей истерзанной спине.
Вместо благодарности я недовольно застонала.
Риз принялся разминать мышцы спины. Я вскрикивала и взвизгивала, когда он касался самых больных мест. Но пальцы Риза двигались с необычайной осторожностью. Постепенно обжигающая боль сменилась тупой и вполне терпимой.
А потом он взялся за мои крылья.
Вот оно, блаженное облегчение для напряженных, саднящих мышц. Заботливые пальцы Риза с дразнящей нежностью касались самых чувствительных мест. Одно было настолько чувствительным, что я невольно скрючила пальцы ног.
У меня свело живот. Руки Риза подобрались к моим лодыжкам. Он двигался очень медленно, поднимаясь все выше, и постепенно достиг бедер. Прикосновение к их внутренним сторонам было таким дразнящим, что я невольно засопела. Пальцы поползли выше, пока не оказались на ягодицах. Их Риз растирал очень умело и… возбуждающе. Затем его пальцы переместились к пояснице и наконец к крыльям.
Прикосновения изменились. Риз пытался что-то почувствовать, то надавливая на мою спину, то дотрагиваясь едва ощутимо.
Его пальцы двигались то кругами, то волнообразно, вызывая у меня то блаженные замирания, то жжение.
Мой позвоночник сильно нагрелся и размягчился. Казалось, еще немного — и он начнет плавиться. Ноготь Риза слегка царапнул по особо чувствительному месту.
— Можно подумать, что ты не упражнялась, а побывала в сражении, — рассуждал вслух Риз. — Не умеешь ты себя беречь.
Его пальцы лениво кружили по моей спине.
Я ответила странным набором слов, где перемешались мольба и ругань.
Риз наклонился. Его дыхание согревало кожу между крыльями.
— Я тебе говорил, что у тебя самый скабрезный ротик из всех, какие мне доводилось слышать?
Мой ответ лишь подтвердил его слова. Риз усмехнулся. Другая его рука скользнула между моих ног.
Я качнула бедрами, требуя продолжения. Но Риз не торопился. И здесь его движения были ленивыми, как и поглаживания крыла. Потом он поцеловал меня между крыльев.
