До сих пор помню: «Риз — величайший любовник, о каком только может мечтать женщина». Вот по каким фразам я училась читать.
— Я лишь пытался рассказать тебе о том, в чем ты потом сама убедилась.
Меня обдало жаром.
— Хмммм, — пробормотала я, подвигая к себе одну из книг.
— Я принимаю твое «хм» в качестве вызова.
Рука Риза скользнула по моему бедру, замерла на колене, которое он принялся поглаживать большим пальцем. Жар от его ладони ощущался даже через кожаные доспехи, пробирая меня до костей.
— Пожалуй, мне стоит утащить тебя в какой-нибудь укромный уголок между полками и так устроить тебе проверку на спокойствие.
— Хм, — только и могла ответить я.
Я листала страницы, не видя и не понимая написанного.
Его рука пустилась в дразнящее странствие вверх по моему бедру. Мозолистые пальцы коснулись внутренней части, где кожа была намного чувствительнее. Выше, еще выше. Риз тоже пододвинул себе книгу, но прошептал мне на ухо:
— Пожалуй, разложу-ка я тебя прямо на этом столе и буду облизывать, пока ты не завопишь во все горло и не разбудишь то, что обитает на дне ямы.
Я повернула голову. Его глаза смотрели лениво, почти сонно. Рука замерла в опасной близости от верха бедра.
— Знаешь, я была готова согласиться на этот вариант, пока ты не упомянул дно.
Улыбаясь, как довольный кот, Риз медленно облизал верхнюю губу.
У меня набрякли и отвердели соски. Риз и это заметил, словно умел смотреть через одежду.
— Я думал, что наши утренние развлечения насытили тебя до самого вечера, — заговорил он, размышляя вслух.
Его рука скользнула мне между ног, а большой палец уперся туда, где у меня и так болело после упражнений с крыльями. Я глухо застонала. Хорошо, что никто, кроме Риза, не видел моих пылающих щек.
— А выходит, я даже не смог доставить тебе настоящего удовольствия, если всего через несколько часов ты так легко возбуждаешься.
— Нахал! — хрипло выдохнула я.
Его палец надавил еще сильнее. Он наклонился, поцеловал мне шею под самым ухом и сказал, не отрывая губ:
— Посмотрим, какими словечками ты меня наградишь, дражайшая Фейра, когда моя голова окажется у тебя между ног.
Через мгновение он исчез.
Риз совершил переброс, забрав с собой половину книг. Волны жара сменились ощущением холода во всем теле. Оно стало каким-то чужим. Голова кружилась. Я не представляла, куда мог исчезнуть Риз.
«Где ты, черт тебя побери?» — спросила я по связующей нити. Вокруг не было ничего кроме сумрака, веселых отблесков пламени в очаге и книг на столе.
