Перемещение может оказаться сложнее, чем мы представляем, но… я говорю «да». Ворота Велариса будут открыты для всех, кто нуждается в защите и кто способен здесь прижиться.
Я крепко сжала его руку, наслаждаясь шершавостью мозолей. Нет, я не позволю ему нести в одиночку тяготы грядущей войны.
За дверями стояла фигура в плаще с капюшоном и терпеливо ждала, когда мы войдем. Я тут же позабыла про саднящую спину и ноющие мышцы, стоило мне увидеть плащ знакомого цвета, капюшон, увенчанный серебряным обручем с прозрачным синим камнем, вуаль, которую можно опустить, прикрыв лицо и глаза.
Жрица.
— Это Клото, — спокойно произнес Риз.
Его рука переместилась мне на спину, и он повел меня к застывшей в ожидании женщине. Ладонь Риза буквально поддерживала меня. Он предчувствовал, как подействует на меня эта встреча.
— Здесь работают десятки таких, как Клото.
Та молча поклонилась.
— Я… не знала, что жрицы покинули свои храмы.
— Библиотека тоже является своеобразным храмом, — лукаво улыбнулся Риз. — Но что касается здешних служительниц…
Стоило нам переступить порог библиотеки, как вокруг вспыхнули шары фэйского света.
Я не понимала, зачем Клото ожидала нас в полной темноте.
— Здешние жрицы — особые. Неповторимые.
Клото наклонила голову. Вероятно, слова Риза ее удивили. Ее лицо скрывалось в тени капюшона, худенькое тело тонуло в складках тяжелого плаща. Молчание, окружавшее жрицу, показалось мне странным и в то же время — полным жизни.
Риз тепло улыбнулся ей:
— Ты нашла нужные книги?
Клото двинула головой, будто хотела сказать: кое-что, но мало.
Говорить вслух жрица либо не могла, либо не хотела. Потом махнула рукой, указывая на пространство библиотеки.
Никакая комната в особняке, даже целый зал не шли ни в какое сравнение с этим пространством.
Оно напоминало…
Оно напоминало гигантскую яму, вырытую в недрах горы гигантской… нет, не землеройкой. «Камнеройкой». Яма уходила неведомо на какую глубину, к темному сердцу мира. Стены ямы были поделены на этажи, занятые нескончаемыми книжными полками и участками для чтения, скрывающимися в чернильно-черной темноте.
Я прислонилась к каменным перилам, предохранявшим от падения. Горизонтальные слои этажей уходили далеко-далеко. Яма была ступицей, а они — спицами этого великаньего колеса."
"Пространство было тихим, но живым. Отовсюду доносился шелест страниц, словно целая армия мотыльков дружно шелестела крылышками. Или здесь обитало некое многорукое, многоногое и многоголовое чудовище, ненасытное до чтения.
