Уж лучше бы она отвесила мне пощечину.
Я обернулась и увидела, что Кассиан смотрит на Несту. Неужели только я видела эту печаль в его глазах? Печаль и тоску по ней.
Комнаты были пронизаны солнечным светом. Шторы на всех окнах — отодвинуты до предела, чтобы не оставить ни единого темного уголка. Возле самого солнечного окна, спиной к нам, на маленьком стуле сидела Элайна.
Если тишина, окружавшая Несту до нашего появления (да наверное, и теперь), свидетельствовала о ее удовлетворенности, тишина вокруг Элайны поразила меня… опустошенностью.
Казалось, я попала в пустую комнату.
Волосы Элайны были не убраны и, по-моему, даже не расчесаны. Такого я не помнила даже во времена нашей жизни в отцовской хижине. На ней был голубовато-белый халат.
Услышав наши шаги, она не обернулась, не вскрикнула и даже не вздрогнула.
Ее исхудавшие руки лежали на подоконнике. На пальце поблескивало железное кольцо, преподнесенное ей женихом. Бледная кожа Элайны цветом напоминала свежевыпавший снег. Белый цвет. Цвет печали.
Цвет смерти. Никаких оттенков. Ничего живого.
Кассиан и Риз остались стоять у двери.
Гнев Несты был лучше, чем эта… оболочка.
Тонкая оболочка, скрывавшая пустоту.
Затаив дыхание, я подошла к окну. Взглянула на город, на который безучастно смотрела Элайна. Потом перевела взгляд на ее ввалившиеся щеки, бескровные губы и карие глаза. Я привыкла видеть их теплыми и живыми. Теперь они были совсем тусклыми. Как могильная земля.
— Здравствуй, Элайна, — тихо сказала я."
"Она лишь взглянула на меня.
Я не решилась взять ее за руку. Подойти ближе я тоже не решалась. Можно винить Ласэна, но все началось с моих откровенных разговоров с Иантой.
— Я вернулась, — продолжала я, понимая, что ей все равно.
— Хочу домой, — только и произнесла Элайна.
— Знаю.
Я закрыла глаза. Тяжесть в груди мешала дышать.
— Он будет меня искать, — прошептала Элайна.
— Знаю, — повторила я.
Не Ласэн. О Ласэне она вообще не вспоминала.
— На следующей неделе мы должны были пожениться.
Я приложила руку к груди, боясь, что сердце выпрыгнет.
— Элайна, мне очень жаль, что все так получилось.
В ответ — ничего. Никаких чувств.
— Здесь все говорят, что им очень жаль, — безучастно произнесла Элайна, вертя свое кольцо. — Но разве словами что-то исправишь?
Я вдруг ощутила нехватку воздуха. Не могла вдохнуть, видя изможденное, чахлое существо, в которое превратилась моя средняя сестра. А ведь это я сломала ей жизнь, я лишила ее счастья.
Подошедший Риз обнял меня за талию.
