Поочередно меня заинтересовали набор маленьких гравюр, портретное полотно неизвестной драконицы, свернутое в рулон, и мужской шейный платок, который, казалось, буквально соткан из синих нитей, вроде тех, что были на первом экзамене. Я уже было совсем решилась взять платок, когда увидела ее. Книгу."
"В потускневшей черной обложке с потертыми уголками, со слипшимися, пожелтевшими и пошедшими волной страницами, они лежала в самом конце стола и казалась незваным гостем среди среди сияющих ослепительными нарядными сокровищ.
Весила она, как и должна весить книга и в моих руках казалась не такой уж и большой.
— Я возьму это.
С удовлетворенной улыбкой я показала книгу экзаменаторам, и те ошарашено замерли.
— Вы уверены? — запинаясь уточнила каштановая драконица, завороженно глядя на книгу.
— Подумайте, вейра, — поколебавшись вдруг вмешался нир Кантус. — Перед этим вы смотрели очень достойные предметы, и вдруг… Это очень опасная вещь.
— Чем опасная? — резко уточнил Рейнхард и тут же протянул ко мне руку: — Дайте сюда, вейра.
Нетушки. Мое. Я даже отступила на шаг, прижав книгу к себе покрепче. Впервые за последнее время у меня появилась надежда на свободу, на обучение, на жизнь пусть без Клависа, но с достоинством. И эта книга вдруг одномоментно стала частью этой надежды. И если моя радость попадёт в загребущие драконьи лапы, то больше мы с ней не увидимся. Надо заметить с правилами Академии полная беда, ниры экзаменаторы меняют их на ходу
— Нет, я ее выбрала.
— Она опасна! — на этот раз воскликнули сразу двое экзаменаторов.
Рейнхард уже встал с кресла и приблизился ко мне с той животной драконьей грацией, что заставляет беспокоится девушек с психикой и покрепче, чем у меня. Но книгу отдавать не собиралась, я уже чувствовала ее чуть не родной.
— Ну-ну, досточтимые ниры, не стоит волнения, — с отеческой снисходительностью отозвался нир Байлок. — Этот предмет положил для второго экзамена три тысячи лет назад сам основатель Академии. Рей, ты стал ректором всего полгода назад и многого пока не знаешь, но не стоит так волноваться, ты повторяешь путь своего кумира, доверяй ему.
— Конечно, я очень доверчивый, — Рейнхард без тени сомнения положил руку на книгу и сразу же отдернул, задумчиво потирая ладонь. — Отвергает.
— Предмет был выбран, — посочувствовал Байлок. — На ближайшие три года он признает только вейру из клана Тарвиш. У вейры сложная судьба, я вижу нити, из которых священные драконы ткут полотно ее жизни, и готов взять ее ученицей.
