Насколько Люк помнил — а память сквозь опиумный дурман пробивалась с трудом — в последнюю их встречу в наркопритоне он обложил Леймина таким матом, что и сейчас было неловко.
Кембритч допил кофе, потянулся к сигарете, снова пролистывая папку, выданную ему Тандаджи, и попутно вспоминая вчерашний разговор с Его Величеством Луциусом Инландером."
"Когда он подъехал к резиденции Инландеров, на крыше дворца споро работали слуги, наводя порядок после Серебряного бала. Блистающий щит был уже снят, призрачная лестница убрана, и бедолаги-рабочие сновали туда-сюда под непрекращающейся лаунвайтской моросью, которая так и будет сыпаться с неба до декабря, пока незаметно не перейдет в бесконечный мелкий снег.
Неизвестно, чем руководствовался первопредок правящей династии, Инлий, выбирая именно это место для столицы — потому что чуть севернее, ближе к Блакории, зима была хоть и холодной, но солнечной, а снегопады мощными, но редкими, а южнее Лаунвайта царствовала затяжная и теплая осень, и зима была мягкой.
Возможно, родоначальник Инландеров просто не любил солнце — и теперь миллионы жителей столицы почти круглогодично вынуждены были жить в слякоти и под хмурым небом. Неудивительно, что лаунвайтцы в большинстве своем имели вид кислый и скорбный.
Его Величество, как и в прошлый раз, ожидал герцога в своем темном и тесном кабинете. Точнее, это его светлость ожидал в приемной, пока Луциус закончит предыдущую встречу и изволит принять его. Король что-то обсуждал с помощниками, и Люк с некоторым даже сочувствием подумал о том, что монарху что выходной, что будний день — изволь встать и идти трудиться на благо государства.
Врагу такого не пожелаешь.
— Садитесь, Дармоншир, — резко сказал Инландер после того, как Люк попривествовал сюзерена поклоном. На краю стола лежали газеты, и сверху — тот самый «Сплетник», со статьей которого Люк успел ознакомиться с утра. — Я, признаться, не рассчитывал, что вы так скоро ослушаетесь меня.
Что у вас с Мариной Рудлог?
— Ничего, — с очень искренним недоумением ответил Люк и прямо посмотрел в глаза своему сюзерену. — Мы несколько раз пересекались, но знакомы мало.
Его Величество криво улыбнулся. Взгляд у него был колючий, сосредоточенный. У этой унылой собаки, очевидно, хватка была бульдожьей.
— Вы держите меня за идиота, лорд Лукас?
— Я бы не посмел, Ваше Величество, — заверил его Люк. И постарался не ухмыльнуться.
