Спустился мягко, сложив крылья, целясь на крышу — было бы удобно изогнуть шею и заглянуть в окошко, но в последний момент подумал, что хлипкое строение может и не выдержать веса дракона. Спустился на проезжую часть, аккуратно, стараясь не задеть хвостом ничьи окна, но все же толкнул лапой припаркованную машину, чуть не споткнулся, тяжело и гулко стукнул лапой по тротуару. Заверещали машины, противно, на высоких нотах, на все лады, как безумный оркестр, и он сжался прямо посреди дороги, потому что стали загораться в окнах огни, сонные люди выглядывали, щелкали ключами от сигнализации, отключая воющие автомобили.
Когда улица затихла, Чет развернулся, чувствуя себя как червяк в тесном яблочном ходу, встал на задние лапы, оперся передними о Светланин дом, и, изогнув шею, повернув голову боком, заглянул в ее окно.
Там, за тонкими занавесками, в знакомой кровати спала его Света, и он как щенок стал тыкаться носом в подоконник, прижимаясь ноздрей к щелкам между окном и рамой, пытаясь почувствовать ее запах.
Жива. Спит. Дома.
Пахло и другими людьми, ее родителями, он проверил — пожилая пара мирно спала в другой комнате на широкой кровати. Окна были заперты надежно — только на кухне было вертикально приоткрыто окно — в эту щель мог пролезть котенок, но никак не дракон."
"Поскребся тихо в стекло к Светлане когтем, но звук все равно вышел душераздирающий — он аж прижал уши, оглянулся. И вовремя — у ног его шли люди, воняющие алкоголем, шумные, шатающиеся, первый наткнулся на дракона, упал, огляделся ошарашенно.
Дракон поднял лапу, пропуская упавшего и ржущих над ним товарищей, затем вторую. Балансировать было трудно, да и облицовка здания в тех местах, где он опирался передними конечностями, угрожающе поскрипывала и крошилась.
Снова поскребся, прислонился глазом к стеклу — Светлана спала крепко, сжавшись в комочек, опять мерзла, наверное.
Обернуться и подняться к ней? И что, он позвонит в дверь, а если откроет кто-то из родителей? А он не одет, в этом мире так не принято.
Он старательно чиркал ногтем по стеклу, но Света не просыпалась. Походил задумчиво по дороге туда-сюда, расставляя ноги и пропуская проезжающие машины под брюхом.
Сила уходила, как вода через песок, и нужно было решаться, и он уже поглядывал на дверь подъезда, когда в голове его раздался Зов Владыки Нории. Слабый, тихий, но даже на таком расстоянии было понятно, что хозяин Истаила в бешенстве.
