Да, он может не вернуться, Светлана. Пусть моя страна — это страна женщин, но я знаю точно, маленькая сестренка. Жена воина — это особая судьба. Если ты выбрала в мужья орла, ты выбрала и его полеты в поднебесье. Если ты выбрала в мужья воина, то ты выбрала и то, что он будет уходить, рисковать и, возможно, погибнет. И возможная смерть его — это часть твоей жизни. А, значит, ты должна знать, что будешь делать, если его не станет. А до этого — держать его дом и быть ему тем домом, ради которого ему хочется выжить.
Быть здесь хозяйкой, быть больше, чем его супругой, милая, чтобы, если он не вернется, от тебя осталась ты, понимаешь?
Света покачала головой.
— Не знаю, как смогу жить без него, — прошептала она. — Это как жить без половины сердца.
— Как без всего сердца, маленькая сестричка, — тяжело ответила царица, и Света с болью осознала, что пока она боится потери, Иппоталия уже потеряла дочерей. — Мы теряем тех, кого любим, кто является нашей плотью и кровью или пророс в нее, что не разлепить.
Жизнь такова. С каждой смертью мы умираем сами — но у жизни множество смыслов, и они-то и возрождают нас снова. Твой смысл, — она улыбнулась и коснулась Светиного живота, — скоро будет здесь. Но и помимо него оглядись, поищи другие. Мы не в силах предотвратить смерть, но в силах жить так, будто ее нет, а те, кто ушел — просто уехали далеко и не могут послать нам весточку иначе, как знаками. Но они вернутся. В других телах, в других жизнях, но вернутся.
Света покачала головой — так много в последнее время вокруг говорили о знаках.
— Как же разглядеть эти знаки? — спросила она.
И Иппоталия практически повторила то, что сказала ей массажистка Люй Кан:
— Просто смотреть в мир. Он наполнен ими, их нельзя не увидеть. И как только ты увидишь первый, ты начнешь их видеть везде.
Царица позавтракала со Светланой во дворе рядом с фонтаном — струйки воды брызгали так высоко и радостно, что создавали радугу.
Затем неспешно, оберегая спутницу от утомления, прошлась со Светланой по Тафии, восторгаясь и радуясь, как ребенок, искупалась в Неру, показала, как прикармливать мелких духов. А затем на глазах собравшихся жителей Города-на-реке доплыла до своего водяного коня, встала на его спину, помахала Свете рукой и снова свистнула. Конь рванул влево, к океану, поднимая буруны, а Светлана осталась одна, в состоянии благодарности и недоумения.
