Заверещала, погрузив передние лапы-лезвия в землю — но тут загрохотали за спинами магов вулканы, затряслась земля, а саму тварь словно кто-то огромный подкинул вверх на десяток метров.
Она, визжа как обезумевшая, то ли от боли, то ли от страха, светящаяся красным нутряным светом, закрутила вокруг себя тьму, создавая еще одно копье с огромным наконечником, и вбила его в щит. А затем еще и еще, круша его с небывалой силой.
Маги не успевали бить — им оставалось только защищаться, удерживая огромный купол, который сдвигался на ладонь, на шаг, на полметра.
— Замыкаем на меня потоки! — заорал Алмаз. — Быстро!
Маги повернулись к нему, перекидывая остатки резерва — и он начал вливать его в щит. На груди его стали лопаться амулеты Брина, он затрясся, руки заходили ходуном.
— Алмаз, не надо! — крикнул Черныш.
Вокруг Старова сгустился воздух — и потянул на себя воды реки, и соткал из них огромный, почти десятиметровый острый кусок льда, а затем метнул его в грудь тени."
"Осколок, похожий на комету, врезался в копье — но не рассыпался, а разделился на четыре, которые вмазались в грудь твари, пронзив ее, откинув далеко в сторону, в реку.
Алмаз рухнул на землю. Галя и Ли Сой еле стояли на ногах. Галина вытащила из куртки флаконы, протянула несколько напарнику.
Черныш бросился к заклятому другу, затормошил его, затряс.
Лицо Старова на глазах становилось старше. Истончалась кожа, проступали вены, вваливались глаза. Он сипло дышал, в глазах его, становящихся старчески светлыми, выцветающими, то появлялась, то исчезала осмысленность.
Черныш метнул взгляд на реку. Тень, шатаясь, поднималась из нее. Выползла на берег. Поднялась. Но полетела не к порталу — к тем, кто шел сюда.
— Сойка! — хрипящим шепотом позвал Черныш. Содрал с себя еще половину амулетов, бросил в руки подковылявшему магу. — Тут еще что-то осталось. Раздели между собой и Галей. Охраняй портал на случай, если тварь вернется. Я помогу, я вернусь!
Ли Сой кивнул, отступая. Галина, уже порозовевшая, закинула в себя еще пару настоек Тротта, подняла руки, вновь кастуя щит почти по краю портала.
Черныш потянул Алмаза в портал. Каждый шаг давался тяжело, словно тянул он не человека, а грузовик с кирпичами. Но дотянул, рухнул в туман вместе с другом.
Их выбросило прямо на край, во мглу, окружающую портал, под мягкое сияние золотого вьюнка. Тут же тело словно подвесило на струны стихий — ослабшие, пульсирующие на грани развоплощения, но они тут были! А, значит, была и надежда.
