Замерла и Дробжек, глядя, как Игорь сворачивает врагу шею.
- Подкрепление пришло! – просипела она. - Нужно продержаться!
Живот дернуло и сжало судорогой. Она скорчилась и застонала, поджимая под себя ноги. Перед глазами темнело, живот резало приступами все cильнее. Она никак не могла понять, что это, осознать, что происходит, – но ей никогда не было так больно и так страшно."
"Кажется, кричал Игорь. Хватал ее за плечи. Отвлекался, чтобы отогнать от нее тех, кто пытался прыгнуть, добить,и снова склонялся к ней, обнимая, прижимая к себе.
- Сейчас, сейчас, Люджина… боги, Люджина!
***
Тиодхар Тенш-мин всегда был отменным арбалетчиком. Оружие пело в его руках, посылая стрелу за стрелой, – и пусть иногда в общей свалке поражало своих, но защитников крепости, ринувшихся в самоубийственную глупую атаку, убило несравнимо больше.
Генерал не один лежал на убитых тха-охонгах, выцеливая противника, – арбалетчиков всегo было человек шестнадцать, и только делом времени было расстрелять всех,так глупо вышедших навстречу.
Слишком мало было защитников крепости – только склон и то, что они были выше, давало им небольшое преимущество, но куда там победить четырехкратно превосходящего противника!
Среди защитников дралась баба – натурально дралась, как бешеный охонг, и Тенш-мин, уже удерживая ее в прицеле арбалета, поцокaл языком, решив не убивать, а захватить на потеху, и перевел оружие на неуклюже бьющегося рядом мальчишку.
- Это же тот маг! – крикнул рядом верный Уанши. – Из Менска! И второй рядом!
Тенш-мин не стал стрелять в голову.
Выстрелил в бедро, удовлетворенно хмыкул, перезаряжая оружие, навел его на второго мага, огромного – но тот склонился, перетаскивая товарища за тха-охонга и пропадая из зоны поражения.
Над полем боя сделала круг большая красная птица, сопровождаемая чем-то огненно-ярким, метнувшимся в сторону. Тенш-мин выстрелил в нее, но болт ушел в сторону, и тиoдхар, досадливо плюнув, принялся перезаряжать.
Птица опустилась между тушами тха-охонгов, которые стали прикрытием для арбалетчиков, и вдруг, словно переплавившись, поднялась посреди боя прекрасной женщиной с белыми волосами и светлыми глазами, одетой в мужскую светлую одежду.
Вокруг затаили дыхание. Ближайшие бойцы замерли, затихли.
Тенш-мин сразу понял, кто это. И приподнялся над своим убежищем, оглядывая колдунью. Но и держа еe на мушке – не совсем он дураком был. Раз умеет превращаться в птицу, то и другое колдовство может уметь.
