Захлопотал рядом Зигфрид, протянул ей бутыльки с тоником, принялся обрабатывать рану.
Василина сидела на асфальте рядoм с листолетами, слушала, как докладывают обстановку в центр и пила тоник.
Она потом обдумает все это, потом будет бороться с кошмарами и принимать себя такой, какой стала. Сейчас eй нужно было на помощь к Алине.
Ноги отказывались слушаться.
- Мне нужен костер, – приказала она, прикрывая глаза. – азожгите костер. Чем больше, тем лучше.
- Магический подойдет, моя госпожа? – почему-то полушепотом уточнил Зигфрид под бормотание командира гвардейцев в телефон.
Василина позвонила бы сама, но у нее не было сил даже поднять руку с телефоном.
- Не знаю, – вздохнула оа. – Давайте попробуем.
Рядом раздались шаги.
- Капитан хочет сказать вам несколько слов, моя королева, – проговорил гвардеец и после кивка Василины и ее жеста приложил телефон ей к уху.
- Как ты? – услышала она голос мужа.
- Устала, – призналась она. - Есть новости из бункера?
- Последний сеанс связи – тринадцать минут назад.
Идет бой. Внутренний щит ещё держится. В течение получаса должно подойти подкреплеие из второго укрепрайона.
- Хорошо, – прошептала Василина, пытаясь подняться. Не вышло.
- Ты совсем без сил?
- Найдутся, Мариан, - сказала она, прикрывая глаза. Ей хотелось сказать, что она в порядке, что надо послать боевые листолеты ее сопровождения на помощь к бункеру, но она знала, что муж ответит – ее безопасность превыше всего, нельзя убирать охрану, могут появиться раньяры, могут появиться ещё отряды, а она сейчас слаба.
И она не стала этого просить. А он не стал просить вернуться прямо сейчас.
- Я жду тебя, – сказал он вместо этого. - Будь осторожна, василек.
Магический костер не подoшел – он грел, но не питал, – и бойцам пришлось лететь за выжженую линию, чтобы найти топливо. Солнце неуклоннo опускалось к горизонту, когда наконец на черной от пепла, вздувшейся и полопавшейся дороге, в десяти шагах от королевы запылал огрoмный костер из тонких деревьев и кустарников, растущих меж полей.
Василина,тяжело опираясь на руку Зигфрида, встала. Сделала шаг, покачнулась, едва не упав. Тело казалось одновременно вялым, неповоротливым и тяжеленным, будто она только что взвалила на себя гору.
- Видимо, придется вам меня отнести, - проговорила она, снова оседая на землю.
- Мне? – не поверил Зигфрид, отступив на пару шагов. Лицо его из унылого первый раз стало растерянным.
- Вам, – подтвердилa Василина слабо.
