- Твой сын погиб как настоящий воин, – чуть рокочуще проговорил Вечный Воин, глядя на золотой купол, возросший из крови императора Хань Ши. – И радуется сердце мое, когда я гляжу на твоего младшего, Ши. Ко двору пришлась вам красная кровь, а?
Желтый, который полулежал на боку и неспешно водил яблоневым прутом по прохладной поверхности пруда, повременил с ответом. Он смотрел на молодого стихийного духа в золотом вьюнке над порталом, который укрепил своего старшего собрата, духа Колодца. Беснование погоды над полем боя, начавшееся после гибели императора, сходило на нет.
Но волна, вызванная смертью старейшего Ши, который уравновешивал не только Йеллоувинь, но и планету, шла дальше по Туре. Боги видели, как вспарывает эхо его гибели сцепки стихий по всему туринскому шару, как рушится все, что было ослаблено, – где-то падает скала, где-то озеро уходит в подземную щель, где-то в земле образуется провал, где-то рушится дом, удерживаемый стихийными амулетами. Как, невидимые человеческому глазу, но очевидные богам, расходятся от места смерти императора по всей Туре, по земле, и воздуху,и воде, и подземному огню трещины в самой природе творения.
- Когда эхо смерти моего сына сойдется на противоположной стороне мира, Туре придет конец, - сказал Ши, и спокойному голосу его вторил шелест деревьев и шорох лепестков,и слова его отдавались в сердцах богов дрожью. Словно наяву видели они все, что говорил он дальше. – Сила детей наших исчезнет, магия перестанет существовать, а стихийные духи развеются, чтобы поддержать нас.
Пески вновь станут пустыней, Йеллоувинь – истощенной степью, а удлог – царством вулканов и лавы. Начнутся ураганы и раскалывание земных пластов, оскудение рек и земель, пойдут на материк огромные волны,и все прибрежные страны будут смыты морем, а те, кого не уничтожат огонь, вода и воздух, погибнут от холода и неурожая, от болезней и нежити. Мы вернемся в состояние неразумной стихии и будем быстро терять силы, пока не растворимся в своих первоэлементах.
И даже если Черный верется в это время, он не сможет нас дозваться и погибнет сам. Мир отшвырнет далеко назад,и много тысячелетий пройдет, пока он успокоится… Мы все это знаем.
- Знаем, супруг мой, - мягко подтвердила Серена, которая сидела за спиной мужа и перебирала его волосы. - Если мы ничего не сделаем, Туре осталось несколько часов.
- если бы наши дети не поддержали стихийных духов своей кровью, то и этого времени бы не было, - прорычал озяин Лесов.
