— Дверь нас выдаст, — вздохнула я и добавила, — как им не страшно делать это у окна? Все ведь увидеть могут.
Как оказалось, этот вопрос дошел и до затуманенной страстью головы профессорши и она шепнула своему аспиранту:
— Мы должны отойти от окна, я совсем обнажена. Ах, прекрати, там могут быть студенты. Ты что, хочешь, чтобы нас увидели?
— Конечно, как иначе я получу свое золото? — развязно выдохнул он.
Я ничего не успела сообразить, как аспирант рыбкой пролетел мимо кафедры. У профессора плохо с левитацией, а не с боёвкой.
— Он труп, — выдавила Лин.
— Мне как-то даже и не жалко, — я пожала плечами.
— Профессора жаль — если она его грохнет, то ее уволят, — глубокомысленно произнесла Лин.
— Если узнают, что мы вносили изменения в черновик после сдачи — нас исключат, — в тон ей ответила я, — но страшно не это. Если профессор узнает, что мы были здесь в момент ее величайшего фиаско…
— Хоронить будет нечего, — мрачно поддакнула Лин.
Мы осторожно вышли из разгромленной аудитории и увидели, что профессор рыдает на груди какого-то старшекурсника из оборотней, а аспирант подвешен в воздухе.
И дает весьма и весьма правдивые ответы на оч-чень неприятные вопросы. А вокруг стремительно собиралась толпа.
— Не понимаю, где он это проклятье подхватил? — проворчал кто-то. — Это мерзкое ощущение никак не пропустить!
— Может модификация, — я сбросила скрыт и небрежно влилась в диалог."
"— А может, — согласился мой собеседник. — Эх, мне бы такую модификацию! Я бы всю Академию на уши поставил.
Повздыхав, студент ушел. А мы с Лин, переглянувшись, тоже поспешили покинуть место преступления.
— Продуктивное начало дня, — задумчиво улыбнулась подруга. — Интересно, чем продолжится?
И будто накаркала — нас сняли со следующего занятия и отправили на ковер к проректору.
— О чем она могла узнать? — задумалась Лин.
— Ни о чем, — уверенно произнесла я.
Драконий Император Тройственной Империи
Тиверрал Ларовирр
— Ты не захотел воспользоваться предложением уважаемого Торрадра, — протянул насмешливо Каулен.
— Почему?
— Я должен объяснять? — неприятно усмехнулся Император.
И любой другой отступился бы, но телепат продолжил давить:
— Ее душа один раз вернулась, вернулась бы и другой. Что тебе за дело до юной драконочки? Она же…
Только телепатия позволила Каулену увернуться от смертельного проклятья.
— Ты дорожишь ею, — припечатал дракон, — тебе не все равно именно на вот эту вот молоденькую девчушку. Вредную и напуганную.
