Он, непрестанно потея, говорил что-то о своем проекте и, в итоге, бросил к моим ногам свиток.
— Я возьму, — госпожа Вилиамрон легко поднялась на ноги, создала просторный сундук и бросила туда свиток.
— На самое дно! — горестно воскликнул дракон, чье имя я не запомнила.
— Именно, — безжалостно кивнула драконица.
От одного из гвардейцев донесся смешок. А я поклялась, что вырву у судьбы пару свободных часов и улучшу скрывающие артефакты. Создать с нуля я не могу, оно будет громоздким, тяжелым и с большим количеством ненужных кристаллов.
А вот подправить уже созданное — да, это ко мне.
— Госпожа Тильайри Антррадир, — пропела госпожа Вилиамрон, — Императрица приветствует вас с Лилейных Покоях.
Драконица выглядела еще бледнее, чем во время завтрака. В руках она стискивала небольшой свиток с родовой печатью.
— Спешу выразить свое почтение, — она присела в реверансе, — и принести глубочайшие извинения за свое поведение.
Оставив свиток в сундуке, она сделала еще один реверанс и, отступив на три шага назад, развернулась и ушла.
Следом, одна за другой пришли оставшиеся пока еще придворные дамы и тоже просили прощения.
А следом в мои покои вошел высоченный, мощный дракон с впечатляющим шрамом во всю щеку.
— Господин Ставрон, тот, кто защищает нас, — с толикой нежности произнесла госпожа Вилиамрон.
— Моя Императрица, прошу милости, — дракон рухнул на одно колено.
— Ставрон, — в голосе моей новой придворной дамы прозвучали стальные нотки, — не нужно.
— Орешков бы сейчас, — мечтательно шепнула Лин.
И один из невидимых гвардейцев положил ей на юбку небольшой холщовый мешочек.
— Спасибо, — мурлыкнула моя подруга и без всяких стеснений распустила завязки и принялась за перекус.
— Все в порядке, — меж тем госпожа Вилиамрон пыталась образумить дракона, — прошу, уходи.
— Молю о снисхождении, — он упрямо мотнул головой и перевел на меня горящий взгляд, — примите госпожу Вилиамрон в ряды своих придворных дам! Мита честная женщина, дав брачные клятвы она ни единого раза не переступила через них, а сплетни…
— Госпожа Вилиамрон уже часть моей свиты, — я поспешила его перебить, пока хихикающая Лин не подавилась орешком, — вечером она принесет мне клятву.
— Благодарю, — он подхватился на ноги, — а тебе, Гарртон, легкий выговор — кто же даме дает орехи с перцем?
— Не надо, — Лин махнула рукой, — прекрасные орехи!
Придворные шли один за другим и все чего-то хотели. Создавалось впечатление, что им вообще не особенно важно кто перед ними, главное — попросить.
