Выкупил в медицинском университете Базеля, заодно пообещав им свой труп для эксгумации. Я улыбнулась. Врет же! Небось после смерти закатают в пол или стены какого-нибудь аббатства, как и делали в Англии со своими умершими королями.
Советникам о содержании письма сообщать не спешила, единственное, намекнула, что датский король прибудет в конце весны. А вот то, что к Лондону приближался будущий король Швеции, кажется, решивший заодно примерить английскую корону, мы обсудили тщательно и в деталях. Соседи были богаты, Эрик кидал серебряные монеты в толпы моих подданных так рьяно, словно тащил за собой рудник.
Простой люд встречал кронпринца с восторгом. Кто бы сомневался!..
Оказалось, подкупить он решил не только народ. Пока гости отдыхали в резиденции епископа Винчестерского, в конюшни дворца прибыло восемнадцать скакунов – дар королеве Англии. По слухам, кроме лошадей Эрик вез множество ларцов с золотом и драгоценностями. Меня не оставляло чувство, что будущий король Швеции покупал себе невесту, в приданом которой завалялось Английское королевство.
Тайный Совет, впечатленный щедрыми дарами, уже прикидывал, сколько кораблей сможем снарядить. Советники так увлеклись, что даже забыли о шотландском скандале.
А скандал вышел пренеприятнейший. Несколько дней назад королевский шут, развлекая нас с Уильямом и Роджером, вытащил из колпака мятые листки антифеминистического трактата Джона Нокса. Лидер повстанцев Шотландии заклеймил правление женщин как нечто мерзкое и противное законам природы.
Мы с горцами не только дружили, но еще и делились полупустой казной и чуть было окончательно не разлаялись из-за них с Францией. И тут, выходит, королева Елизавета – вселенское зло на троне Англии?! Уильям подскочил и конфисковал у шута мерзкую книжонку. Я жутко рассердилась. На следующий день, разобиженная до невозможности, приказала Совету запретить Ноксу въезд в королевство. Пусть строчит свои памфлеты подальше от меня! Мы также прекратили денежные дотации шотландцам, пока те внятно не объяснят, что имели в виду.
Пока разбирались с горцами, подоспели шведы. Я, в окружении свиты, ждала их на весеннем ветру у парадного входа во дворец Уайтхолл. При этом чувствовала себя атлетом, прошедшим квалификацию на Олимпийских играх. Все же донесла тяжеленное золотое платье до ступеней! Но ведь придется идти в нем обратно, а потом просидеть полдня на банкете в честь высокопоставленных гостей.
