– Это придворный врач вашего отца, вашего брата Эдуарда и даже вашей сестры, упокой Господь ее душу!
Мужчины дружно перекрестились, я последовала их примеру, после чего ехидно заметила:
– Спасибо, дорогой граф, что напомнили о моей дорогой семье. Не его ли лечение столь скоропостижно свело их в могилы?
В ответ установилась гробовая тишина, прерываемая лишь сдавленными смешками. Кажется, шутка имела успех, который побоялись выразить вслух.
– Но, королева, вы не можете остаться без врача, – расстроенно произнес Уильям и пригладил усы.
– И я не вижу ничего веселого в последнем замечании. Ваше здоровье – дело государственной важности. Не приведи Господь, что с вами случится…
– Не приведи Господь, – согласилась я. – Поэтому доктора выберу сама. Уильям, вы не могли бы составить список достойных кандидатов? Лондонские врачи с хорошей репутацией и по возможности с наименьшим личным кладбищем?
Кажется, если не прекращу веселить народ, мой первый Совет превратится в балаган.
– Их много, моя королева, – возвестил Уильям, пряча улыбку в бороду. – Как вы собираетесь выбирать достойнейшего?
– Устрою смотрины.
Совет зашумел.
– Все знают, какой в Англии уровень образования, – возмущался сэр Николас Перри. – Королевский врач должен обучаться за пределами страны!
– Еще скажите, в медицинских школах Парижа или Рима, – ядовито возразил пожилой маркиз. Даже не помню, как его зовут. – Давайте пригреем шпиона под собственным боком!
Его предложение вызвало рев возмущения.
Нет, шпионов нам не надо! Вскоре, однако, сошлись во мнении, что лекарь должен быть либо из местных, либо окончить университет Лейдена, что в Нидерландах, ну, или на худой конец обучаться в Женеве.
– Ну что же! Доктор, обучавшийся в Лейдене или в Лондоне, – согласилась я. – Хорошая игра слов. Да будет так! – Ой, а не слишком ли увлеклась игрой в «королеву»? – И запишите, что он должен обязательно переболеть оспой, – добавила я. – Это значительно сократит количество претендентов.
– Но, Елизавета! – возмутился государственный секретарь.
– Уильям, это очень важно, – заверила я. – Хотя можете считать это капризом королевы.
– Хорошо, – сдался Сесил, наверное, мысленно нажаловавшись Господу на взбалмошность женщин в целом и королевы в том числе.
Следующим в повестке дня следовал вопрос о тревоге, поселившейся в умах простых горожан. По Лондону, набирая силу, ходили слухи о смерти королевы.
