Будущий король оказался хорошо сложен и, несомненно, привычен к физическим нагрузкам, о чем свидетельствовала крепкая фигура и широкие плечи. Черты лица резкие, но приятные, прямой нос, замечательная улыбка, черные волосы до плеч, уверенный подбородок, широкий лоб. Мужская одежда этого века с глупыми штанами грушевидной формы портила впечатление, но если бы встретила Фредерика в своем времени, то, несомненно, задержала на нем взгляд. И не раз…
Пока принц в сопровождении своей свиты подходил к лестнице, я продолжала нервничать.
Наконец он поклонился, после чего запечатлел на моей руке поцелуй. Я вовсе не ожидала табуна восторженных мурашек – вот еще! – но приятное тепло растеклось по всему телу, взяв старт из места, к которому прикоснулись его губы… Черные глаза мужчины смотрели восторженно. Он ведь тоже видел меня только на портретах, но, кажется, встретив вживую, отнюдь не разочаровался. Хотя жизнь научила придворную лесть делить не то что надвое, а намного большее число раз.
После церемониальных приветствий обратилась с речью к прибывшим и попросила чувствовать себя как дома. Надеюсь, не забудут, что они в гостях. А гостей принимать мы умели. Хлебом не корми – дай что-нибудь отметить! Банкетный зал уже накрыт к приему гостей, артисты томились в ожидании, музыканты давно настроили инструменты. Но вместо того, чтобы сесть за стол, отправилась показывать Фредерику дворец. Он сам напросился. Начали с сада. Вышагивая рядом с принцем по дорожкам Уайтхолла, я мысленно приказывала себе успокоиться, а то разволновалась так, словно сдаю самый главный экзамен… С чего бы это?!
За нами разноцветной вереницей, словно гусеница-переросток, тащились придворные.
Из-за спины долетал кокетливый смех фрейлин и громкие голоса мужчин. Кажется, датчане скучать не собирались. Я тоже была полностью поглощена разговором с Фредериком, который, с налету преодолев первую неловкость, рассказывал о спокойном плавании и первых английских впечатлениях, при этом не забывая засыпать меня комплиментами.
Приятно… Кивала, сдерживая улыбку. Его английский был близок к идеалу, с небольшим акцентом жителей материка, поэтому сразу решили, что говорить будем на моем родном языке. Если бы он знал, как далеко отсюда до настоящей родины! Эту тайну я собиралась унести в могилу. Правда, при взгляде на Фредерика мне начинало казаться… Чем черт не шутит, глядишь, и не помру девственницей.
