От потери кого из них мне сейчас сильнее сдавливало грудь. – Необходимо идти на жертвы, Флоренс. Тебе следовало знать это с самого начала.
– Пожалуйста, не надо, – выпалила я. Хотела обхватить ладонями лицо Бенедикта, но его щеки растворились под моими пальцами. Меня окутала чернота. Вместо его теплой кожи я ощутила лишь прохладный мягкий шелк.
Он не должен уйти. Он не должен…
– Флоренс."
"Я всхлипнула. Внезапную тишину пронзил его голос, но он такой холодный. Жесткий. Тяжесть, давящая на грудь, стала еще сильнее.
Паника оплела меня паутиной из нитей, которые невозможно порвать, чтобы я задохнулась в собственном чувстве вины. Я это сделала. Убила его. Предала Валя. Разочаровала родителей, отреклась от нашей цели. Справедливо, что теперь у меня руки в крови.
– Флоренс. Проклятье, проснись! – Голос Бенедикта прозвучал ближе. Чья-то теплая рука легла мне на плечо и несильно встряхнула. – Открой глаза.
Задыхаясь от испуга, я растерянно моргнула. Меня ослепил яркий свет. Постепенно я начала узнавать очертания склонившегося надо мной Бенедикта и почувствовала под собой мягкий матрас.
Подняв руки к лицу, с облегчением выдохнула. Никакой крови.
Всего лишь ночной кошмар. Опять.
Но Бенедикт правда здесь, стоял у моей постели. Живой.
– Что такое? – выдавила я и потерла лицо.
Мокрые щеки, зашкаливающий пульс – меня охватило острое желание накрыться одеялом с головой. Вот только что-то в этой ситуации сбивало меня с толку и отвлекало от воспоминаний о сне.
Шторы задернуты. За ними, похоже, темно. А взгляд на будильник подсказал, что сейчас почти половина первого. Зачем Бенедикту будить меня посреди ночи? Вряд ли из-за кошмара.
Король выпрямился. Он стоял в пижаме и с растрепанными волосами. Но взгляд не усталый, а суровый. Я услышала, как в гостиной открылась дверь в королевские покои. До спальни донеслись взволнованные голоса.
– Вставай, – тихо велел Бенедикт. – Твои родители хотят поговорить.
Сон как рукой сняло.
– Сейчас? – в недоумении переспросила я, откидывая одеяло.
Он просто проигнорировал вопрос и без единого слова вышел из комнаты. Быстро сунув руки в рукава халата, я еще раз потерла лицо и бросилась за ним.
Остальные уже собрались в кабинете. Четверо мужчин в пижамах и форме вперемешку установили на столе Бенедикта ноутбуки и телефон. Позади них с мрачным лицом стояла Эрис. Она единственная в этой комнате не выглядела так, будто только что встала с постели.
