– Я должен был позволить тебе умереть?
– Это было бы, по крайней мере, более естественно! – парировала я.
Бенедикт сдвинул брови:
– О чем, ради всего святого, ты говоришь?
– Не знаю! – в отчаянии простонала я. – Я просто сейчас не могу…
Я собиралась встать с кровати, но Бенедикт мягко поймал меня за запястье.
– Давай поговорим. Я…
– О, то есть теперь ты хочешь поговорить? – грубо перебила его я. – После того как выяснилось, что ты сделал? Ты скрыл это от меня!
– Ты вымоталась и устала. Я не хотел…
– Мы занимались сексом, Бенедикт! – взвилась я.
– У тебя была куча возможностей вместо этого рассказать мне правду!
– Я не говорил тебе, потому что сомневался, создалась ли между нами связь! – бросил он в ответ. – Черт, да я до этого момента даже не был уверен, существуют ли вообще клятвы крови или это миф, Флоренс.
– О, великолепно! Так значит, я эксперимент!
– Нет, ты чертово чудо! – заорал он. – Ты была все равно что мертва. Знаешь, как я благодарил высшие силы, когда ты открыла глаза? Знаешь, сколько раз слушал твое сердце за последние двадцать четыре часа, просто чтобы убедиться, что оно еще бьется? Неужели мы не можем просто порадоваться тому, что ты еще дышишь, прежде чем начинать волноваться о возможных проблемах?
– Легко сказать, когда у тебя самого нет проблем!
Я старалась контролировать свой голос, но это бесполезно.
Паника уже чересчур глубоко укоренилась у меня внутри. Без понятия, чего именно я боялась. Того, что все это для меня значило.
Того, что однажды тем или иным способом потеряю Бенедикта, а потом умру. Того, что моя семья скажет по поводу подобных перемен. Того, что я теперь навсегда перестала быть одной из них.
Как ни парадоксально, но как раз эта мысль и напугала меня больше всего. Поскольку какая-то часть меня до сих пор отчаянно надеялась, что однажды люди, которыми я когда-то считала своих родителей и брата, вернутся ко мне.
– У меня нет проблем? – рассерженно повторил Бенедикт. – Разве ты не понимаешь, что я ради тебя сделал? Я не просто отдал тебе половину своей силы.
Я отдал тебе половину королевства! Черт побери, во мне – а теперь и в тебе – течет кровь нескольких поколений Тюдоров. Знаешь, что мне пришлось сделать, чтобы принять это наследие? Я встал на колени рядом с трупом отца и пил его кровь, даже когда его тело уже давно остыло, чтобы не потерять ни капли. Так же, как он поступил со своей матерью, а она – со своим отцом.
