Тем не менее она встретилась со мной взглядом и не проронила ни слова, как будто только и ждала моей следующей команды. Я был не в состоянии соображать, пока она так на меня смотрела. Прежде чем успел передумать, я уже поднял Флоренс на ноги, развернул спиной и подтолкнул к краю стола. Затем буквально сорвал с нее платье и стащил трусики с бедер. Мои пальцы пробежались между ее ног, и я испустил мучительный стон.
Флоренс не просто влажная. Она мокрая. Свидетельство ее возбуждения уже потекло по внутренней стороне ее бедер и увлажнило мой и без того мокрый член, когда я провел им сзади по ее половым губам.
Застонав, она попыталась податься ко мне, но я бедрами сильнее придавил ее к столу, удерживая в неподвижности.
Пару мгновений я наслаждался ощущением полного контроля над ней. Все ее тело трепетало от вожделения. Но вместо того чтобы дать ей то, чего она так хотела, я просто медленно поглаживал ее обнаженную грудь и с легким нажимом выкручивал твердые соски. Медленно опустив голову, провел носом по тонкой шее и вдохнул ее аромат.
Меня охватило желание выпить ее крови. И хотя сейчас она целиком и полностью во власти моих рук, победа все равно досталась Флоренс. Флоренс, которая повелевала мной, а не наоборот, потому что я по-прежнему боялся из нее пить.
Твою мать. Пора это изменить. Здесь и сейчас. Я возьму то, что захочу. Ее саму, ее кровь, ее тело. Пусть и не уверен, что когда-нибудь смогу остановиться, если сдамся ей сейчас.
Флоренс чуть ли не в ожидании наклонила голову набок, и я невольно вспомнил наш первый укус.
Мне никогда не нравилось пить из людей. Каждая из всех моих прошлых кровавых невест откровенно меня боялась, как бы осторожно я с ними ни обращался. Флоренс тоже была такой. Поначалу. Пока другие чувства не взяли верх.
Я до сих пор ощущал вкус ее крови. Губами ощущал ее слишком быстрый пульс. Вес ее тела, когда она цеплялась за меня в поисках опоры.
С каждым укусом ее сопротивление мне казалось все слабее. И с тех пор как я осознал, что Флоренс дрожала не от страха, а от чистого вожделения, ее теплая кровь на моем языке каждый раз раскаляла меня до предела.
Это было не желание захомутать короля. Не жажда власти или денег. Это была тяга исключительно ко мне.
Я почувствовал, как выдвинулись клыки. Мой член дернулся между ног Флоренс, и она тихонько захныкала.
– Последний шанс сказать «стоп», – сообщил я ей и не узнал собственный голос. Он звучал как угроза и обещание одновременно – грубый и темный. – На этот раз я не буду нежен.
