А король, направлявшийся в Вестминстер в парадной карете, мечтал, чтобы день поскорее закончился. Он терпеть не мог подобных церемоний! Георг хмуро смотрел на приветствовавших его подданных и обнаружил, как трудно, оказывается, выдавить улыбку. Ему не очень нравились эти крикливые англичане, и он, никогда не считавший себя сентиментальным человеком, часто с тоской вспоминал Ганновер.
По английской традиции, стоя под балдахином в Вестминстерском зале, он принимал пэров и высокопоставленных придворных. Скучная церемония, он уже устал от нее… Ему вручили меч и шпоры, символы рыцарского достоинства, а другие регалии – чашу, блюдо и Библию вместе с короной – передали лордам и епископам, которые должны были нести их, когда процессия направится в аббатство.
«Я простой человек, – думал Георг, – хотя и король. Они хотят короновать меня – так почему бы им не надеть корону мне на голову и не закончить на этом?»
Но нет, предстояла длинная церемония. А Георг Август наслаждался ролью принца Уэльского.
Георг I почувствовал досаду, увидев, что сын выглядит почти красивым в малиновом парадном костюме, отороченном горностаем. Он красовался перед людьми, не забывая улыбаться и стараясь завоевать их поддержку. Поддержку! Зачем? Чтобы в любой ссоре с отцом перетянуть их на свою сторону.
«Нечего сказать, хороший у меня сын, – с горечью подумал Георг. – И всего один. А могло быть много, если бы моя жена…»
Но на эту тему он не хотел думать. У него единственный сын, который постоянно вызывает в нем раздражение.
Тут ему не повезло. Но его радовало хотя бы то, что жена сына не участвует в торжественной процессии. Поставить их рядом, чтобы они изображали идеальную счастливую семейную пару, окруженную детьми, – и симпатии всех будут на стороне принца Уэльского.
«Если они меня свергнут, – размышлял он, – я вернусь в Ганновер, а это совсем неплохо».
И его могли свергнуть. Приветствия замирали на губах подданных, когда они видели своего короля. Он был одет, как и полагалось королю, в церемониальный костюм, который надевали в день коронации его предшественники: малиновый бархат с полосками горностая, окаймленный золотым галуном, шапка из того же малинового бархата, украшенная горностаем, золотом и брильянтами.
Да, он был одет как король. Но он не улыбался своим подданным и, казалось, не очень-то и радовался, что становится их королем.
По толпе пронесся шепот: если немцу Георгу не нужна Англия, то и Англии он не нужен.
