Под обещания к следующему своему посещению спеть не менее интересные песни я покинула кабак. Ифор встретил меня как-то дёргано. Хотела сначала посмеяться, а потом передумала. Он всё-таки искренне за меня волновался, не стоит над этим иронизировать.
Одно было понятно по итогам этого вечера: далеко не всем нравятся изменения в политике королей, многие хотели бы вернуть прежнее. И вот тут возник очень логичный вопрос, который у меня должен был возникнуть значительно раньше. А где прежние короли и королева? На часть из этого мне ответила уже моя память.
Из трёх предыдущих королей один погиб под завалом в горах (конечно, чисто случайном, или мне уже везде заговор чудится), второй долго мучился желудком, который и подвёл его в конце концов. И опять, что должно быть такого с желудком, чтобы от этого умереть? У меня только одно объяснение: его долго и упорно травили. Королева, мать всех моих мужей, после смерти второго мужа слегла, а потом и умерла, так и не придя в себя от утраты. Такого блаженства я тоже не понимаю, поэтому даже предполагать ничего не буду.
Остался один король, но по закону один неженатый мужчина не мог занимать такой пост, поэтому он выполнил последнюю волю королевы (женил сыновей на графине Монтеро) и передал бразды правления сыновьям. Где он?
Этот вопрос я задала Ифору. Оказалось, что после передачи власти вся она переходит к новым правителям и предыдущие не имеют права вмешиваться, а где сейчас бывший король, он не знал.
— И что? Он не мог помочь этим… в смысле сыновьям разобраться со всем? Наставить, так сказать, на путь истинный?
— Я не могу знать причин, но точно скажу, что ни один из предыдущих королей не вмешивался в дела своих сыновей, — ответил мне тогда Ифор.
А я всё равно чувствовала себя тугодумкой. Ну не укладывалось это в моей голове. Только и больше объяснений от мужчины требовать я не стала. У них вообще своя логика, далеко не всегда поддающаяся моему пониманию.
Уже в доме мадам Олорки я раскрыла конверт. Внутри оказалась внушительная сумма и документы.
Даже портрет был. И там был изображён более молодой министр торговли, импонирующий мне граф Лурье. И вот в предательстве я могла подозревать кого угодно, но этот мужичок хоть и хитрый, однако не внушал чувства предательства, а своим ощущениям я привыкла доверять.
Именно поэтому на три дня к графу Лурье Ифор приставил наблюдателей. Но ничего сверхъестественного они не обнаружили. Граф занимался своей положенной деятельностью, по крайней мере, в эти дни.
