Как же он будет ухаживать за своей женой, если мне сейчас такую красоту дарит! Вопросом, где деревенский мальчик мог видеть такие цветы, не задавалась.
На картине была изображена клумба со множеством цветов, да такая, что ландшафтные дизайнеры моего мира нервно курят в сторонке. От края к центру цветы менялись и явно были выше. С самого края цвели кудрявые фиолетовые цветы, за ними шли пышные синие бутоны, нежные мелкие голубые цветочки перемежались с крупными зелёными листами, желтые крупные колокольчики возвышались над ними, оранжевые цветы, больше похожие на наши ромашки, окружали просто гигантский один-единственный бутон розы.
Кроме цветов и сама клумба была прорисована так, что каждый камешек был виден. А вот за клумбой нарисована вполне узнаваемая стена моего замка в графстве. Прямо захотелось иметь такую клумбу еще и в натуре.
— Это великолепно. Огромное тебе спасибо, Васик! Столько цветов одновременно мне никто и никогда не дарил. Думаю, что и вряд ли подарит. Ты самый щедрый мужчина в моей жизни, — говорила я от всего сердца и истинную правду.
Согласитесь, никто не станет дарить целую клумбу цветов.
— Это только для вас, миледи. Я очень рад, что вам понравилось, — улыбался он так широко, что казалось, невозможно улыбнуться шире.
— Ну, мы не будем мешать, — топтался Шанир на одном месте. Он протянул руку Васику, и тот тут же подошёл к нему.
— Вы нисколько не мешаете. Можете помочь с расстановкой, если есть время и желание, — улыбнулась я, хотя точно знала, что мне ещё до дома мадам Олорки идти, а потом в кабак.
Только уж очень не хотелось так быстро отпускать мальчика. Он же наверняка очень много времени потратил, чтобы создать такое великолепие, и так быстро уйти?
Конечно, они согласились. Шанир посоветовал поставить мебель немного не так, как я сама собиралась, но это было объяснимо. Он мастер и знал своё творение. В его варианте резьба просто заиграла на солнце, будто оживая. А что же с ней будет летом, когда солнца намного больше?
Васик сам выбрал место для картины.
И это было не самое видное место в кабинете. Наоборот, вышло так, что входящий видел шкафы, окно, мой стол, но не картину. Её Васик повесил возле двери, как раз напротив стола.
— Так вы сможете всегда на неё посмотреть, она для вас, а не для всех, — объяснил свой выбор мальчик. И что-то в этом было.
А вот заполнять мебель времени не осталось. Более того, оно уже поджимало, на что мне намекнула мадам Олорка. Да так намекнула, что поняли все.
