Ты будешь заботиться об этих землях, потому что они принадлежали семье Са-Дьябло на протяжении тысячелетий. Это понятно?
— Да, сэр, — тихо отозвался Люцивар.
— А тебе? — спросил Повелитель, пристально глядя на своего второго сына.
— Да, сэр, — так же тихо отозвался тот.
Что ж, стало понятно, почему Сэйтан настоял на том, чтобы на протяжении последних двух месяцев объяснять ему всю подоплеку семейных дел. Он-то полагал, что таким образом отец пытается занять его и отвлечь от грустных мыслей.
Деймон был только рад работе, особенно когда узнал, что Сэйтан все это время помогал Джеффри выполнять куда более сложные задания.
Он и Люцивар узнали о результатах, однако Деймон понимал, что не перенес бы процесса сбора нужных сведений.
Больше сорока процентов Крови в Террилле исчезло. Бесследно. Еще тридцать процентов были сломлены и вернулись к основам Ремесла. Кровь, оставшаяся в Королевстве, еще толком не оправилась от разрушений — и неожиданно обретенной свободы.
Деймон не стал спрашивать, что произошло с Александрой, Леланд и Филипом, а Сэйтан, в свою очередь, ничего не сказал.
Или, если у него имелись эти сведения, сообщил их только Вильгельмине.
Цифры были почти такими же в Малом Террилле. Однако остальная часть Кэйлеера осталась нетронутой — кроме Иннеи. Карла сейчас пыталась вновь объединить свой народ и собрать двор. Порча, которую Доротея и Геката распространили в Крови, возможно, и была уничтожена, но шрамы остались.
За все нужно платить.
— А как насчет дома Джанелль в Магре? — спросил Люцивар.
Деймон покачал головой:
— Пусть там поселится Вильгельмина. Она уже решила обосноваться на Шэльте, к тому же…
— Дом был снят для Джанелль, — твердо произнес Сэйтан. — И останется ее домом. Если у тебя нет никаких возражений против того, чтобы ее сестра пожила там какое-то время, то пусть будет так.
Деймон отступил. Он тоже любил этот дом, очень, но не думал, что сможет когда-нибудь жить там. И до сих пор не мог понять, действительно ли Сэйтан верил в то, что Джанелль вернется, или же просто не хотел своими действиями выражать сомнение в этом.
В конце концов, прошло уже два месяца без каких-либо новостей, если не считать повторяющиеся — и все столь же бессмысленные — уверения Терсы в том, что все будет хорошо.
— На этом все?
Он прочел невысказанную просьбу во взгляде Сэйтана.
— Я присоединюсь к тебе через минуту, — произнес Деймон, обращаясь к Люцивару, направившемуся к выходу.
