— Нет!
— Да. К каждому вернется то, что он дал. Это был единственный приказ, вплетенный в спутанную сеть.
— Раз ты это сделала, значит, можешь точно так же все отменить!
Но она покачала головой:
— Многие из детей, бывших нитями той спутанной паутины, вернулись в Тьму. Они уже недостижимы, даже для меня, а без них невозможно расплести паутину.
— Ты лжешь! — завопил Картан. — Если я дам тебе достаточно золота, ты быстро найдешь способ.
— От Брайарвуда нет лекарства. Но конец твоему нынешнему состоянию все же есть, если тебя это утешит.
К каждому вернется то, что он дал.
— ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ?!
— Каждый удар, каждая рана, каждый акт насилия, каждый миг страха, пережитые другим живым существом из-за тебя, вернутся к тебе. Ты всего лишь забираешь то, что дал, Картан. Когда к тебе вернется все, долг будет уплачен и сеть отпустит тебя — как и других мужчин, развлекавшихся в Брайарвуде.
— Они все мертвы, ты, глупая сука! Остался лишь я один! Никто из них не пережил этой твоей паутины!
— Сеть лишь поставила одно четкое условие.
Если никто из других не выжил… Сколько детей, отправленных в Брайарвуд, пережили вас всех?
— Раз уж ты явилась сюда не для того, чтобы исцелить меня, то зачем вообще пришла? Просто позлорадствовать?
— Нет. Я пришла свидетельствовать за тех, кто уже ушел.
Картан пристально посмотрел на нее и покачал головой:
— Ты можешь положить этому конец.
— Я уже сказала тебе, что не могу сделать этого.
— Ты можешь положить этому конец! Ты можешь остановить эту боль! И, будь ты проклята, ты это сделаешь!
С гневным возгласом он бросился на нее — и промчался сквозь, не встретив сопротивления.
Он ударился о дверь, не сумев вовремя остановиться.
Когда Картан обернулся, в комнате никого не было.
5. КэйлеерДеймон осторожно приблизился к Джанелль, не решаясь нарушить ее уединение и не зная толком, как интерпретировать странную смесь грусти и удовлетворения, отражавшуюся в ее глазах и на лице. Уединение было, разумеется, иллюзией. Когда она вышла из своей комнаты в небольшом форте и отправилась к ручью, чтобы посидеть на берегу, Люцивар, Шаости и с полдюжины Деа аль Мон будто призраки последовали за ней, мгновенно растворившись в лесах неподалеку.
Деймон, сколько ни приглядывался, так и не сумел заметить никого из них, хотя прекрасно знал, что они поблизости, наблюдают и прислушиваются."
"— Держи, — произнес он негромко, протягивая Джанелль кружку. — Это травяной чай. Ничего особенного.
