— Если бы ты вернулась домой, то не пришлось бы продаваться за еду и крышу над головой! Если бы ты выбралась из Террилля, то не умерла бы такой молодой! Какая причина могла заставить тебя отказаться от этого?
— Я любила своего отца, — мягко произнесла Тишьян. — И любила своих братьев. Наказание за изнасилование одно — казнь. Если бы я вернулась домой сразу же, сбежав от Картана, мой отец и братья отправились бы в Хейлль, чтобы убить его.
Сюрреаль тупо уставилась на мать:
— Но как, во имя Ада, они бы сумели миновать всех стражей Доротеи, чтобы добраться до Картана?
— Они бы погибли, — просто сказала Тишьян.
— А я не хотела, чтобы мои близкие погибли из-за меня. Ты можешь принять такую причину?"
"— Не совсем, поскольку большую часть своей жизни я провела готовясь к тому дню, когда наконец лично прикончу Картана. Послушай, если бы речь шла о твоей матери… — Сюрреаль попыталась улыбнуться, но не смогла. — Как ты думаешь, что твой отец сказал бы, узнав о твоем выборе?
Улыбка Тишьян была наполнена сожалением.
— Я знаю, что он сказал. Он пробыл некоторое время в Темном Королевстве, прежде чем вернулся во Тьму. Но он прожил отведенные ему годы, Сюрреаль, а мои братья вырастили детей, которые иначе никогда бы не родились. — Она вновь замолчала. — И если бы я сделала другой выбор, ты бы не оказалась в Шэйллоте тринадцать лет назад, и мы потеряли бы величайшую Королеву, которую когда-либо знала Кровь.
— А если бы ты в итоге не оказалась в Террилле под Картаном, то стала бы Королевой и Черной Вдовой.
— Я и есть Королева и Черная Вдова! — рявкнула Тишьян. — Когда Картан сломал меня, он всего лишь лишил меня силы, которая стала бы моей, но не смог забрать то, что я есть.
— Прости, — сказала Сюрреаль, не зная, как выразить сожаление и не оскорбить мать.
— Не взваливай сожаления себе на плечи, маленькая ведьма, — мягко произнесла Тишьян, поднимаясь на ноги. — И не пытайся нести ответственность за чьи-либо действия, кроме своих. — Она протянула дочери руку. — Идем. Тебе нужно привести мысли в порядок, если завтра с утра у тебя тренировочный бой с Люциваром.
Сюрреаль устало поднялась на ноги и последовала за Тишьян. После отвратительной и жуткой сцены с Веньей в столовой, дополнительной тренировки с Фалонаром и усилиями, приложенными, чтобы справиться с последствиями ярости Джанелль, она была несказанно рада возможности наконец-то забраться в постель. За день девушке пришлось обнять больше расстроенных мужчин, чем за всю свою жизнь.
