Губы Доротеи изогнулись в легкой усмешке, и хозяйка вручила Королеве чашку чаю.
— Я удивлена, что вы стали просить об этом. — Улыбка угасла. — В прошлом нам никогда не удавалось достичь согласия. И, учитывая все происшедшее с вашей семьей, у вас есть все причины меня ненавидеть. — Жрица помолчала, сделала маленький глоток чаю и тихо продолжила: — Это не я решила отправить Сади на Шэйллот, однако мне никак не удается вспомнить, кто предложил поступить именно так и почему я согласилась. На тех воспоминаниях лежит туманная завеса, которую я по сей день не могу разорвать.
Александра поднесла было чашку ко рту, но резко поставила ее на стол, так и не пригубив ароматный напиток.
— Вы полагаете, это устроил Повелитель?
— Да, я так считаю. Сади — превосходное, отточенное, очень опасное оружие, и его отец умеет пользоваться им. Этим существам удалось достичь своей цели.
— Какой цели? — сердито поинтересовалась Александра. — Сади разрушил нашу семью и убил мою младшую внучку! Чего можно было достичь этим путем?
Доротея откинулась на спинку кресла, снова отпила немного чаю, а затем тихо произнесла:
— Ты забываешь кое о чем, Сестра.
Тело девочки так и не нашли.
Нечто неуловимое, возможно ожидание, с которым Доротея воззрилась на нее, заставило Александру вздрогнуть.
— Это ничего не значит. Он весьма умелый могильщик. — Она отодвинула чашку с блюдечком от себя, так и не прикоснувшись к напитку. — Однако я пришла сюда не для того, чтобы обсуждать прошлое.
Скажите, насколько опасен Повелитель?
— Деймон Сади — истинный сын своего отца. Это отвечает на ваш вопрос?
Александра, несмотря на все попытки сохранить выдержку, не сумела подавить нервную дрожь.
— Вы и впрямь полагаете, что он хочет уничтожить всю Кровь в Террилле?
— Я уверена в этом. — Доротея прикоснулась к некогда густым и черным, а теперь белоснежным волосам. — И эта убежденность была куплена дорогой ценой.
— Моя вторая внучка, Вильгельмина Бенедикт, недавно отправилась в Кэйлеер, — тихо произнесла Александра.
Доротея замерла.
— Как давно?
— Через Врата она прошла вчера.
— Мать-Ночь! — воскликнула Доротея, без сил оседая в кресло. — Мне очень жаль, Александра. Мне очень, очень жаль.
— Князь Филип Александр и я намерены отправиться следом за ней, как только эта нелепая «ярмарка услужения» завершится и в Царство Теней вновь начнут допускать посетителей.
