Императрица тихонько вздохнула, затем легко поцеловала Риву и отстранилась.
— Тут я едва ли могу согласиться, миледи.
Рабам потребовалось без малого полчаса, чтобы уволочь тела с арены и разгрести кровавые лужи. Императрица молчала, глаза ее сделались пустыми и блеклыми. Временами она тихонько шептала, хмурилась, чему-то удивлялась, а иногда на ее лице появлялась такая растерянность и скорбь, что Риве невольно хотелось пожалеть ее.
«Да она же безумна, — подумала Рива. — Сумасшедшая правительница империи, построенной как торжество чистого разума».
Завыли трубы. Императрица заморгала, посмотрела на людей, входящих на арену: двоих высоких мужчин, блондина с коротким мечом и темноволосого с копьем. Оба были без доспехов, лишь в кожаных штанах, голые по пояс. В отличие от несчастных опальных чиновников, эти двое не боялись, смотрели гордо — хотя огромная арена их удивила и насторожила."
"Предчувствуя знакомое развлечение, публика оживилась, послышались возгласы одобрения и насмешки. Похоже, зрители уже позабыли кошмар «Гонки за мечом».
Рива стиснула кулаки, кандалы врезались в запястья. Она неотрывно глядела на лицо Щита. Выбритый, он казался моложавым и свежим. Рива знала, что его хищные, резкие черты свели с ума не одну леди Королевства. Темноволосый рядом с ним был совсем еще юношей, лет двадцати, не больше. Лицо застыло в напряжении — парень пытался побороть страх. Но вот он заметил Риву — и страх мгновенно исчез. Лицо озарилось радостью. Риве стало не по себе. Юноша упал на колени, поднял на вытянутых руках копье, закричал.
За яростным воем толпы слов было не разобрать, но Рива знала, что выкрикнул юноша:
— О Благословенная госпожа, я счастлив увидеть тебя!
— Так ты знаешь и младшего? — осведомилась императрица.
Рива и сама не поняла, зачем ответила, ведь императрица с легкостью читала чувства и мысли. Наверное, хотелось произнести имя вслух. Ведь это память и дань тому, кто умрет перед своей Благословенной госпожой.
— Это Аллерн Вареш из Риверланда, стражник дома Мустор, — сказала она.
Слова с трудом выходили из пересохшей глотки. Императрица положила руку Риве на плечо, притянула к себе, проговорила с сочувствием:
— Тебя так мучает вина. Тебе следует принять, кто ты и что ты. — Она указала на коленопреклоненного Вареша: — Он и подобные ему никогда не достигнут наших высот. Природа предопределила им быть слугами. Думаю, эту истину ваша королева осознала уже давно.
Императрица снова обняла Риву, а затем подошла к краю балкона.
