Их условия оказались не самыми мягкими, и казна башни практически пуста — но, раз уж император снял запрет, купцы решили не упускать возможности подзаработать.
Лирна увидела, как встрепенулся лорд Вернье. Он намеренно держался в тени, разговаривал лишь с королевой и Ваэлином, хотя она ясно дала понять: он — желанный гость на любом совете и волен записывать, что пожелает. Щит после сражения устроил суету вокруг Вернье, объявил его «писцом, убившим генерала» — и покатывался со смеху вместе с командой. А Вернье, казалось, сторонился всего, что могла принести слава героя, хотя усердно просил частной аудиенции.
— Милорд, похоже, ваш император стал лучше относиться к нашему Королевству, — заметила королева в беседе с Вернье.
Хронист поежился под обратившимися на него взглядами лордов и командиров и лишь коротко подтвердил слова королевы:"
"— Похоже на то, ваше величество.
— Как вы полагаете, он знает о плане воларцев? Быть может, потому император и переменил свое мнение о нас?
— Ваше величество, намерения нашего императора всегда трудно угадать.
Но всё, способное нанести вред Воларской империи, скорее всего, найдет у него поддержку. Империя враждовала с нами гораздо дольше, чем вы.
— Мы могли бы отправить посла. Заключить союз, если это возможно, — предложил Ваэлин.
— Все в свое время, милорд, — ответила королева и добавила, обращаясь к Аль-Бере: — Я напишу письмо вашей жене и заверю ее в том, что все долги за покупку снаряжения и продовольствия для армии будут возмещены после окончания войны.
А до тех пор она вольна брать займы под любой процент. Половину накопленных ею припасов следует отправить в Алльтор, чтобы прокормить население зимой. Другую половину мы получим, хм, — палец королевы уперся в город на ренфаэльском побережье, — в Варнсклейве, где встретимся с мельденейским флотом через пятнадцать дней. А теперь, милорд, я приказываю вам отдохнуть.
Весь поход в Варнсклейв Лирна ехала каждый день с разными частями войска: то с кумбраэльцами Ривы, то с полком шахтеров из Пределов, то с южной гвардией — и на всех лицах видела изумление и благоговение.
А в рядах вольной роты лорда Норты — еще и свирепую верность.
— Ушедшие благословили вас, моя королева! — воскликнул кто-то, когда Лирна ехала рядом с Нортой, — и крик тут же подхватили его собратья.
— Тишина! — рявкнул сержант, атлетического сложения юноша с длинными волосами и мечом, закрепленным на спине в манере Шестого ордена.
