— И что ты теперь станешь делать, сестра?
Френтис глянул на нее, раскрасневшуюся от усилий и злости, сумевшую подавить готовую сорваться с языка колкость, — и слишком поздно заметил, как изменился взгляд. Ее лоб ударил в переносицу Френтиса. Тот на мгновение растерялся от боли, Иллиан тут же высвободила руку, ясеневый меч неуклюже, но проворно устремился к Френтису — и меч Френтиса с громким стуком остановил удар в дюйме от груди, отбил клинок и ткнул Иллиан в живот.
Кипящая от раздражения Иллиан охнула, опустила меч и встала, тяжело дыша.
— Злость — твой враг, — вытирая с лица кровь, напомнил Френтис. — Сегодня немного лучше, но все еще недостаточно быстро. Попрактикуйся с балансом до полудня, потом покормишь собак.
Девушка глубоко вдохнула и медленно выговорила:
— Да, брат.
Он оставил ее и пошел к своим людям, тренировавшимся по-другому. Дергач учил трех молодых парней основам искусства перерезания глотки.
— Ребята, в один присест, оп, и готово, — вещал он, охватив мясистой ручищей грудь тощего паренька по имени Даллин, ренфаэльского батрака, спасенного от охотников за рабами незадолго до того, как тех постиг заслуженный конец.
— И не думай про то, чтоб искать жилы, делай так.
Дергач показал, как делать, кинжалом в ножнах.
— Просто режь глубоко и проведи лезвием через все горло, а потом хватай за волосы и дергай голову назад, чтобы пошире раскрыть рану.
По пути на бак Френтис миновал Плетельщика. Рядом с ним сидели Кусай и Чернозубая, завороженные работой Одаренного.
На середине плавания он вдруг прекратил плести веревки и начал плотно сплетать полоски кожи на круглой раме. На вопросы о том, что же это, Плетельщик лишь загадочно улыбался. Изделие напоминало мелкий тазик, но назначение работы потихоньку стало ясным. В конце концов Плетельщик приспособил к вогнутой стороне ремни и попросил у команды смолы, чтобы смазать внешнюю поверхность.
— Хороший щит, — заметил Френтис и протянул руку, чтобы Кусай лизнул пальцы хозяина.
— Лонакский, — сказал Плетельщик.
В его голосе прозвучали странно знакомые интонации. Плетельщик взял большую костяную иглу и принялся прошивать край щита.
— Хотя такие редко используют. Лонаки предпочитают нападение защите, — проговорил он и потерял интерес к Френтису."
"Тот пошел на бак, к капитану Белорату, стоящему на широко расставленных ногах и нацелившему секстант на горизонт.
