— Я знаю, что жизнь иногда оставляет людям только выбирать из скверного и худшего, — сказал Ваэлин. — Если вас не будет здесь утром, я постараюсь объяснить это Каре.
Когда на следующий день отряд отошел на пять миль от перевала, Кираль внезапно дернула поводья, остановила пони и внимательно посмотрела на запад.
— У нас беда? — спросил Ваэлин.
— Что-то… нет, кто-то новый, — хмуро и растерянно ответила лоначка.
— Песнь?
— Нет, там не певец, и моя песнь ни о чем не предупреждает — но он зовет меня.
— Откуда?
— Из разрушенного города, — запинаясь, выговорила Кираль.
В ее голосе отчетливо слышался страх. Ваэлин впервые увидел ее испуганной. Он кивнул и подозвал Орвена:
— Милорд, мне нужны пятеро. Разбейте лагерь в долине впереди и ожидайте нашего возвращения.
Затем Ваэлин крикнул Одаренному, уныло трусящему посреди колонны:
— Мастер Лоркан! Пожалуйста, присоединяйтесь к нам!
До руин было два дня ходу. Кираль хорошо знала горы, потому добрались быстро и без помех.
Развалины остались в точности такими, какими Ваэлин помнил их, но теперь он не ощущал гнетущей тревоги, мучившей и не дававшей покоя в прошлый раз, — в отличие от лоначки и Лоркана.
— О Вера, тут еще хуже, чем в лесу, — выдохнул обмякший, побледневший Лоркан.
— Я раньше никогда не подходила так близко, — пробормотала растерянная Кираль. — Это место — не для живых.
Ваэлин ободряюще улыбнулся юноше и кивком указал на руины.
— Мастер Лоркан?
Немного поколебавшись, тот слез с коня, глубоко вдохнул и решительно направился к городу.
Через несколько шагов Одаренный будто растворился в воздухе. Гвардейцы дружно охнули.
— Тот, кто ждет нас, сможет его увидеть, — сказала Кираль.
— Я знаю, — отозвался Ваэлин.
— Тогда зачем его посылать?
— Что за жизнь без веселья?
Долго ждать не пришлось. Тишину руин разорвал пронзительный визг, перепуганное эхо заметалось среди камней. Кираль схватилась за лук, гвардейцы обнажили мечи и выстроились в ожидании врага. Ошалевший от ужаса Лоркан появился на краю города и стремглав помчался к своим.
Вскоре появилась и причина ужаса, большая, бурая, оскалившая пасть и злобно ревущая.
— Не знал, что они вырастают настолько громадными, — прокомментировал Ваэлин.
На четвереньках медведь был футов пяти в холке — а значит, полных десять футов на задних лапах. Казалось, он ковылял с трудом — но благодаря длине лап бежал очень быстро.
— Ради Веры, прикончите его! — заорал мчащийся со всех ног Лоркан."
"Медведь был уже в нескольких шагах.
