Епископ…
— Дальше? — переспросила Анна, пытаясь обнаружить в его словах смысл.
— Планы изменились. Я подумал, что, наверное, вам лучше всего было бы оставить ваши веши в кабинете начальника станции — там с ними ничего не случится. И завтра…
— Нет, — перебила его Анна. — Должно быть, это какая-то ошибка. Я — медсестра, приехала работать в больнице Додомы. — Она едва не сказала «больнице Элайзы». — Я останусь здесь.
Она почувствовала, что ее охватывает паника; ее голос казался ей тонким и жалобным. Она уставилась на мужчину, молясь, чтобы он согласился с ней, с тем, что она приехала в Додому и здесь останется.
Джек Мастерс бочком двинулся по коридору к выходу.
— Послушайте, сестра Мейсон. Вы устали. Проголодались, без сомнения. — Его тон был успокаивающим. — Миссис Менциз велела приготовить вам завтрак. После этого вы встретитесь с епископом, и он вам все объяснит. — Джек отвернулся и подозвал носильщика.
Анне потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Затем она подошла к мужчине и стала перед ним, глядя ему в лицо.
— Мистер Мастерс, — начала она.
— Джек, — перебил ее мужчина.
Анна кивнула.
— Джек. — Она была немного выше его и отчаянно старалась во время разговора не смотреть на него сверху вниз. — Я уверена, вы меня поймете. Я не хотела бы оставлять свой багаж здесь. Если бы мне разрешили забрать его с собой — пока я не увижусь с епископом, — я была бы бесконечно благодарна. — И она опять улыбнулась — на этот раз правильной улыбкой.
Джек, сдаваясь, поднял руки.
— Хорошо. Если вы настаиваете… На самом деле это не имеет большого значения. Я попрошу Доди все устроить.
— Спасибо. — Анна облегченно выдохнула.
Она знала: епископ обязательно разберется, что к чему. И если она оставит багаж здесь, то лишь причинит себе и другим дополнительные неудобства. Уже вечером она будет распаковывать чемоданы, устраиваясь в квартире медсестры при больнице Додомы. Разумеется…"
"— Значит, едем завтракать? — предложил Джек. — Миссис Менциз печет самые лучшие булочки в этой стране.
Анна кивнула.
— Спасибо. Я и правда проголодалась.
Она солгала. Она была напряжена, нервничала и ее мутило. Все, чего она хотела, — чтобы завтрак, эта дань вежливости, поскорее закончился и она встретилась с епископом.
Следуя за Джеком, она спустилась на перрон. За те несколько минут, которые прошли с момента остановки поезда, толпа значительно уменьшилась. Анна посмотрела на ждущих ее миссионеров — они были готовы поприветствовать ее.
