Стоя за темно-красным от крови алтарем, он обратился к небесам, используя при этом древний язык племени, понятный ему одному. Затем он замер на несколько долгих минут. После этого он собрал камни, развернулся и ушел. Ритуал вызова дождя был исполнен.
Ваганга остались стоять на месте и, вытянув шеи, осматривали ясное голубое небо, словно ожидая, что прямо на их глазах оно затянется тучами.
Анна окинула взглядом место проведения ритуала. На земле валялось несколько перьев. Свежая кровь прибила пыль.
Ощущался сильный запах крови, быстро сворачивающейся под жарким солнцем. Было трудно понять, как все это может быть связано с вызовом дождя.
Она наклонилась к Мтеми и приглушенным голосом спросила:
— Он и правда может вызвать дождь?
Мтеми улыбнулся.
— Доктор безопасности умеет истолковывать поведение животных и насекомых и замечает другие знаки природы. Как только он видит признаки того, что скоро пойдет дождь, совершает церемонию, поощряющую предков наслать сильный дождь.
— Но ведь это не всегда работает, — заметила Анна.
Мтеми кивнул:
— Иногда бывает засуха.
— Выходит… несмотря на то что Зания — колдун, способный вызвать дождь, у него на самом деле нет силы, которая бы заставила дождь пойти.
Мтими повернулся лицом к Анне и спросил:
— Есть ли у Бога сила вызывать дождь?
Анна вздрогнула от такого прямого вопроса.
— Конечно есть.
— Но если христиане молятся о дожде, — продолжал Мтеми, — разве они не делают то же, что и Зания? Дождь может пойти.
А может и не пойти. И Бог скорее ответит на вашу молитву в сезон дождей, чем в засуху…
Анна отвела взгляд. Она вспомнила отрывки стихов из Библии:
«Попросите, и дано будет вам» [14].
«… ибо он посылает дождь на праведных и неправедных» [15]
Она нахмурилась. Потом смутилась.
— А пока, — продолжал Мтеми, — мы здесь все вместе, все племя, думаем о дожде и ни о чем другом. Мы думаем о том, как дожди напоят огороды, а огороды накормят нас. Мы вспоминаем о том, какие хорошие урожаи мы собирали.
Это тоже является частью ритуала.
Анна кивнула. Ей стало ясно, что еще немного — и она сможет принять абсолютно другой принцип мышления, когда «да» и «нет» — факт и легенда — не противоположности, а скорее просто разные подходы к одному и тому же. Эта мысль была нечеткой и сформировавшейся не до конца, но в ней она видела проблеск чего-то странного и нового, волнующего и заманчивого.
Голос Мтеми ворвался в ее мысли.
