«Как будто кошка проводит по коже своим язычком, — подумалось ей. — Своим шершавым язычком». Она осознавала, что не может думать и чувствовать ясно — за час до этого она выпила болеутоляющего зелья, приготовленного Занией. Когда оно подействовало, она ощутила, как постепенно тревога отступает, а все окружающее представляется необычайно далеким. Она словно впала в оцепенение, но в то же время замечала все детали — как, например, прикосновения «кошачьего язычка». И ласковый шепот Патамишы, трепетавший, как мотылек, у ее уха.
Наконец сверкнул скальпель Анны, нацеленный на ее грудь.
Жгучая боль, медленно ползущая по телу.
Сдавленное аханье женщин, взгляды, устремленные на кровь. Кровь белой женщины, пролитую в их мире. Шокирующе алую — очень яркую на фоне бледной тонкой кожи.
Будто сквозь дымку Анна смотрела, как под скальпелем расходится ее плоть — словно предзнаменование раскрытия тела, которое произойдет в ночь после свадьбы. И сейчас она радовалась виду крови, как обрадуется тогда любовной крови, крови любви.
Крови любовника…
Снова в ход пошел тампон из ткани. Но теперь он не лизал кожу, словно кошечка, и похлопывал по ране, убирая кровь.
Анна закрыла глаза. Все ее ощущения сосредоточились на груди, отслеживая появление трех изогнутых линий, медленно, но уверенно вырезаемых на ее коже. Знак королевского дома ваганга.
В сочащиеся кровью линии втерли щепотку пепла, и холмик плоти превратился в поле битвы, где серый цвет смешался с красным.
— Вот и все. — Старая Королева подняла голову и пронзительно и монотонно запела.
Другие женщины присоединились к ней — подхватив высокие, свистящие звуки, запели хором.
Анна прислонилась к стройному телу Патамиши, позволяя громким голосам омывать себя. Ее грудь пульсировала и пылала, но лекарство Зании смогло притупить боль.
— Теперь, — прошептала Патамиша Анне на ухо, — ты должна выйти и показаться всем.
Анна отрицательно помотала головой. Она и представить не могла, что сможет встать, не говоря уже о том, чтобы передвигаться.
— Ты сможешь, — заверила ее Патамиша.
— Это как после рождения ребенка. Твое тело раскрылось, но ты все еще сильная.
Когда Анна поднялась, женщины обступили ее плотным кольцом, так что нельзя было сказать, поддерживают они ее или она стоит сама. Все вместе они медленно двинулись к двери и вышли на солнечный свет.
Мужчины молча смотрели на то, как ведут Анну.
— Видишь регента? — спросила ее Старая Королева. — Он не может поверить своим глазам: он надеялся, что у тебя не хватит духу.
