И все же он оставался на месте. Руки его свободно висели, но чувствовалось, что он напряжен. Анна буквально физически ощущала то расстояние, которое ей так хотелось преодолеть. Ее руки жаждали дотронуться до него, найти поддержку в прикосновении к его упругой черной коже. Но она просто стояла на месте, будто копируя позу Мтеми. Сил и храбрости ей хватило лишь на то, чтобы прийти сюда. Теперь она чувствовала себя вконец обессиленной, напоминающей безвольную куклу.
Вокруг них уже собралась толпа. Старейшины, взрослые мужчины и женщины, подростки, молодежь, только научившиеся ходить малыши, даже собаки — все они смотрели широко раскрытыми глазами на своего вождя и белую женщину.
Воины Мтеми поспешили к нему. Хотя они тоже были удивлены происходящим, они все же окружили вождя и его спутницу, исполняя свой долг. Анна чувствовала аромат красной глины, исходящий от их тел, и запах неосвежеванной туши. Древки длинных копий воинов заслоняли ей толпу.
Мтеми тихо сказал что-то одному из воинов. Он обратился к нему на языке своего племени, но Анна все же разобрала знакомые ей слова — Старая Королева.
Вскоре появилась мать вождя, ее несли на носилках четыре воина отряда Китаму. Все расступились, пропуская их. Перед носилками Старой Королевы шествовал регент. Он шел не спеша, с угрюмой гримасой на лице.
Мтеми не обратил на него никакого внимания и заговорил с матерью на суахили, так что Анна понимала каждое его слово.
— Поприветствуй женщину, что пришла к нам. Она собирается остаться в нашей деревне.
Глаза Старой Королевы сузились, но она все же вежливо кивнула Анне.
— Добро пожаловать в нашу деревню, — сказала она, а затем повернулась к вождю. — Кто разделит с ней хижину?
— Она будет жить в моей.
Эти слова Мтеми в звенящей тишине были слышны каждому. Анна не осмеливалась поднять глаз.
— Как мне понимать твои слова? — спросила Старая Королева, недоуменно вскинув брови.
— Эта белая женщина станет женой твоего вождя, — сказал Мтеми на суахили, а затем, очевидно, повторил это же на языке племени.
Толпа с шумом выдохнула, затем люди начали недовольно перешептываться.
Анна не сводила глаз с Мтеми. Она пыталась осмыслить его слова. Жена. Белая женщина. Вождь.
Жена…
Она растерялась, утратив ощущение реальности, забыв о гудящей толпе, о смысле этих слов. Она чувствовала себя так, будто ее подхватила волна, — беспомощной, понимающей, что от нее ничего не зависит. Анна спросила себя, чего она ожидала, когда решилась прийти сюда.
