Видеть спящего Майкла, уткнувшегося лицом в подушку, подложив руку под щеку, как делают дети. Оказалось, что она испытывает удивительное умиротворение, сидя в старом кресле, прямо на брошенной туда одежде, которую в эти дни никто не складывал и не вешал в шкаф. Какое-то время она чувствовала, что и правда вошла в семейный круг."
"А после кормления она без возражений мерила шагами тихий дом, держа на руках не желающего спать ребенка, пускающего слюни у нее на плече. Она наслаждалась прикосновением пушка на его голове к своей шее, касаниями шаловливых пальчиков, исследовавших ее лицо.
Ей хотелось говорить с ребенком, рассказывать ему сказки и напевать песни из собственного детства — а ведь она даже не догадывалась, что все еще помнит их. Детали прошлого всплывали в ее памяти, и за ними следовала череда воспоминаний. Образ Элеоноры, склонившейся над дочерью. Улыбающейся. Прикасающейся к ней. Или это было лицо одной из многочисленных нянек? Анна не могла сказать этого наверняка.
Найти новую экономку оказалось трудной задачей.
На эту должность претендовали нескольких деревенских жителей, но когда Сара узнала, что издалека в деревню явился какой-то молодой человек, не имеющий ни дома, ни семьи, ей пришла в голову мысль предложить работу именно ему. Майкл возразил — непрактично брать на работу чужака, который совершенно не знаком с особенностями их жизни. Сара на это заметила, что практичность — не самое важное в жизни. Где-то живет мать этого молодого человека, и она любит его. Сара на ее месте надеялась бы, что другая мать проявит участие и поможет ее сыну.
Что его не бросят на произвол судьбы. Майкла такое умозаключение весьма озадачило, но в конце концов он заявил, что выбор остается за Сарой.
Вот так и получилось, что Тефа, чужак, взял на себя обязанности управителя домом миссии. Он был из племени высоких стройных людей со слегка вьющимися волосами и такой черной кожей, что она походила на бархат. Его долговязая фигура стала привычной деталью в доме и его окрестностях: он быстро переходил с места на место, снедаемый нетерпением изучить все как можно быстрее.
Ордена приложила максимум усилий, чтобы обучить его: одной рукой она качала колыбель, в которой лежал белый ребенок, а другой махала и указывала, объясняя, что я как делать. И все равно прошло немало времени, прежде чем обеды стали подавать вовремя и без происшествий.
Впрочем, на самом деле это не имело особого значения, поскольку часто нарушительницей режима становилась Кейт.
